ОБЩЕЛИТ.NET - КРИТИКА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, литературная критика, литературоведение.
Поиск по сайту  критики:
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Анонсы

StihoPhone.ru

Северное сияние в тундре радужных надежд

Автор:
Северное сияние в тундре радужных надежд

Именно во имя света, добра и счастья всего (достойного того) рода людского и совершаются все наиболее гнусные злодеяния на этой черной (пока еще не везде потрескавшейся) земле.
Изречение автора.

Придет время, и вы откроете все, что может быть открыто. Но ваше продвижение в науке будет лишь удалением от человечества, и постепенно пропасть между вами и человечеством станет настолько огромной, что в один прекрасный день ваш торжествующий клич о новом открытии будет встречен всеобщим воплем ужаса.
Брехт. Пьеса Галилей.

1
Бредя сквозь бесконечно долгие (и не столько по времени, сколько по чувству) до чего только бескрайние столетия не во всем и по сею пору начисто так минувшего и канувшего в лету средневековья…
Человечество, попросту утратило всякое чувство реальности, во всей ее истиной полноте только же дополнив стародавние примитивные страхи новоявленными урбанистическими фобиями…
А между тем именно посреди той безмерно снедающей и удручающей достойные умы мглы самодовольного, а подчас и беспримерно лютого фанатического невежества в великой тайне зарождалось нечто в корне иное, более светлое, однако совершенно же агностическое по всем своим интеллектуальным зачаткам и воистину искрометным духовным проявлениям.

2
Подлунный мир благодаря подслеповатому сиянию белоснежно блаженных книжных истин, как и всему тому, буквально всеобщему техническому развитию, в конце концов, стал постепенно преображаться в нечто ранее ему нисколько несвойственное и неистово светлое без конца и края залитое искусственным светом ярчайших электрических огней.
Их яркость, однако, вовсе не умоляет той мглистой темени, что разве что лишь вполне уж благополучно мимикрировала на свету, оставшись при этом не только ведь самою собой, но и значительно и качественно увеличившись во всех своих размерах и пропорциях.
И все это, как и понятно затрагивает все сферы жизни, ни в чем так не обходя и науку.

А потому и нельзя не сказать, что именно этак всецело же обстоят все наши дела…
Абсолютное большинство людей интеллектуального труда, подчас всецело бездумно тащат в эту новую, несомненно, обладающую всевозможными чрезвычайно же огромными возможностями эпоху все тот еще старый свой весьма вот схоластический подход, разве что поменяв догмат веры в Бога на догмат веры в науку.
Расширять чрезвычайно узкие рамки сознания, а не только границы познанного мира никто ведь так и не собирается.

3
Смена эпох подразумевает в сущности одну лишь смену декораций.
Ну а театр сущего абсурда, когда - это касаемо любых мрачных проявлений человеческой воли он всегда именно там, где и был собственно еще изначально и чтобы его извести нужны не знание и сила, а как раз таки терпимость и любовь.
И именно их в том самом никак так не приемлющем никаких ограничений образе, совершенно, пока еще исключительно уж и не хватает…

И это именно при помощи светлых, но вовсе не идеалистически воинственных веяний и можно будет со временем победить всю ту жуткую темень до чего только коварного прошлого.
И оно нисколько неистребимо яростными искрами доблестно сверкающего ума…
Слишком уж подчас сильны в этом мире сущие проявления зачастую злорадной нетерпимости и лютого лицемерного холода, как и всяческих смертоносных интриг тех людей, что подчас и являют собой разум честь и достоинство всего своего поколения.
Как - это было у большого поэта и барда Александра Дольского.
«Даже ум – высокий, светлый, если чуточку усох, опускается до сплетен и до палок в колесо».

4
Однако все это, разумеется, нисколько не принижает величественную высоту всех тех мыслителей и духовных гигантов, вовсе не подрастерявших свои истинные ориентиры в темных закоулках еще ведь тех злосчастных средневековых дрязг.
Их подвиг невозможно переоценить, поскольку в тех безвольно прогибающихся под все окружающее «прениях» всегда обесценивалось буквально всякое новое слово совершенно бесконечным количеством придирок вполне однозначно ведь заключавшихся в беспрестанных инспекциях его более чем самого по себе почти так незрячего соответствия всем, тем старым, давно уж веками вполне схоластически выработанным нормам.
А при подобных повседневных делах сохранить веру в чистое добро, не деля его на наше и не наше было вовсе вот нисколько непросто.

5
И это ж ясно, как Божий день, что не иначе как, а одни наиболее яркие из всех, так или иначе затронутых культурой представителей образованного человечества…
Только они-то и сумели сберечь в себе ту слабую искорку, бесконечно малый огонек того стародавнего античного света всю свою жизнь проживя в подвальной сырости, посреди суровой и фанатичной необъятности так и источающей одно лишь высокое пламя средневековых костров…

Их-то тогда было сколь до смешного мало, тех действительно мудрых, кто так и остался верным всем основным жизненным приоритетам, выработанным еще в античную и раннехристианскую эпоху.
И это ведь именно им оказалось, по силам, да так и по сердцу вовсе не позабыть все истинно светлое нынче (для них) уж явно, несомненно, прежнее прошлое.
А между тем, все – это никак не иначе, а вполне однозначно происходило в том треклятом мире донельзя высушенной, твердолобой и казуистической схоластики.
Ну а ко всему прочему еще и бешеного пыла совершенно так нескончаемого религиозного фанатизма…

6
Однако кто-то при этом сумел остаться безошибочно верным свету древних, но нисколько при этом не устаревших величественных достижений в области благосклонно (по отношению ко всему человечеству) мыслящего разума, а также и вообще всей уж высокой духовности.
Не все же философы несуразно и скособочено выставляли на самый перед, как раз таки всегда и во всем неизменно правое и монолитное государство, как и его самые наивысшие общественные, а не личные ценности.

И это как раз таки скромные сподвижники добра и пронесли в себе, все те великие блага всей той высокой культуры, и это они подчас и являлись сущими страдальцами из-за одной непомерной и безмерно наивной своей житейской глупости.
И надо бы прямо заметить, что уж сделали они это буквально вот для всех нас, то есть, в том числе и во имя тех, кто пока не слишком еще отличим от всех прочих представителей животного мира, а иногда и значительно хуже наиболее статных и величественных видов зверей.
И это в точности так и в том немаловажном случае, коли данный вполне во многом развитый индивидуум, имеет довольно немаловажные заслуги перед всей наукой, обладая им более чем, несомненно, заслуженными высокими степенями и регалиями.

7
Попросту и высокий ум, свет и дух действительно возвышенных натур и он тоже сколь явно поблек от постоянной необходимости общения с внешним миром невежества, варварства и жестокости, раз уж все это до сих самых пор и есть «истинный светоч души и мыслей» до чего многих власть и деньги имущих…
И приходилось подчас полуголодным мудрецам до чего униженно, обивать пороги сытого и совсем не в меру зазнавшегося общества…
…не иначе как, а того самого, что всегда дышало одной атмосферой весьма недалекого, а порою и праздного самосозерцания.
То есть, если о том более чем конкретно и главное смачно же выразиться, то вот полностью ясно, где это именно буквально всякий властвующий над всеми телами и душами ближних и дальних искал свое наиболее благостное отражение…
Ему-то для этого только лишь и стоило обратить свой пристальный взгляд к своей собственной «безмозглой» человеческой стае.
Видя в ней свою густую черную тень, он вполне мог значительно лучше и праведней ощутить свое собственное духовное величие.

8
Нет, конечно, никто не говорит, что у него нет, да и не было на это абсолютно никакого, в сущности, права!
Вполне естественное требование подобного рода иерархической лестницы более чем, по сути, понятно и довольно легко во всем объяснимо…
Этак уж оно еще издревле сложилось, раз было нечто подобное непременно свойственно еще ведь тому стародавнему первобытному обществу, учитывая как царившие тогда внешние суровые условия, да и не отжившие еще свое доисторические, стадные инстинкты.
Причем сколь оно, непременно, понятно - в пещере кроманьонцев всякие стихийные прения во имя установления истинного старшинства и впрямь-таки были самым всамделишным благом тогдашнего повседневного быта.
Да вот уж затем, когда люди вполне всерьез научились (пусть и довольно еще неумело) видоизменять всю окружающую их действительность, им всенепременно вновь вскоре понадобилось создать для самих себя улей с сотами наподобие обители пчел или жилища копошащихся в своих делах муравьев.

9
Это и привело к появлению, куда значительно большей, нежели чем ее существовало когда-либо ранее строжайшей иерархии.
Причем это именно от одной только пущей сложности всего того нынче-то существующего общественного механизма и появилось на теле общества такое множество всяческих гнойных язв.
А гуманизм при этом явно приобрел совершенно так неодушевленную, а еще и полностью вот бездушную сущность.
Поскольку урбанизация ныне полностью заслонила личность, и она попросту превратилась в совершенное же абстрактное нечто.
Цивилизация, несомненно, одарила нас всевозможными благами, которыми все мы с большим удовольствием повседневно пользуемся.
Однако едва ли, что - это привело, хоть к сколько-то большей человечности, а также и вполне ведь наглядно проявленной терпимости ко всякому ближнему своему.
Куда скорее в точности наоборот – это и послужило явной предтечей, создало все предварительные условия к полнейшему же нивелированию человеческих жизней до песка, утекающего у правителя промеж пальцев, чего ранее нисколько так не наблюдалось.
И кстати вот еще что чего-либо подобного нашему сегодняшнему обезличенному призыву в армию в седой как лунь древности еще уж не могло быть даже в помине.
Надо бы все-таки понимать всю ту до чего только существенную разницу между нынешним политиком и вождем древнего племени, что буквально каждого своего человека знал самым непосредственным образом, можно сказать, прямо в лицо.

10
Безличие в свою очередь порождает абсолютное безразличие к судьбе, каких же угодно миллионов своих сограждан.
Этому и впрямь само собой поспособствовало возникновение больших городов с их довольно-то маленькими жилищами для неисчислимого большинства и бытом сколь так во многом схожим с тем-то самым прежним, пещерно-первобытным.
К тому же еще и немало усугубившимся, в связи с новейшими техническими достижениями, что в целом удесятерило влияние все тех же пещерных условий разве что в их весьма обновленном красочно многоплановом цивилизованном виде.

11
Ведь еще изначально сами города некогда возникли именно из-за самой наибольшей их приемлемости для того чтобы укрыться за их высоченными стенами от всего окружающего мира, хотя приемлемость эта была довольно-таки во всем иллюзорна.
Конечно, слава Богу, небесные камни (метеориты) каждый день на голову никому не падают, но пожары и болезни снедали людей, уводя их в могилу, куда поболее из-за однозначно же большей плотности построек, нежели чем, то бы еще случилось, находись они на несколько большем отдалении друг от друга.

Правда, тогда - их практически невозможно было бы защитить от орд самих себе во всем, как и понятно ликом подобных.

12
Да только стены те могли оказаться и значительно ниже, кабы речь шла о самой что ни на есть первозданной дикости, но ее-то в наши новые времена оказалось явно уже недостаточно, а посему к ней присоединилась дикость новейшая величественная, ну а напоследок еще и совсем не иначе, как беспородно идейная.
Самое изначальное всего этого происхождение берет свои истоки именно от манеры собираться в большие и весьма гордые своей судьбой орды, что уж в своем первоначальном виде нисколько не было еще привычкой живущего одними малыми группами - стародавнего пещерного человека.
Причем, то, что побудило людей изменить всем своим прежним и стародавним обычаям, было самым элементарным устремлением их амбиций стать, куда значительно выше, сильнее и могущественнее.

13
Человечество оно, в точности, как и вода, всегда выбирает наиболее легкий путь развития, а за то оно и заплатило жизнью в очень даже весьма жестких условиях.
И главное вот еще что - древний вождь он вовсе не столь беспрестанно боялся всевозможных подлых интриг со стороны всех своих приближенных, да и они тоже не так уж страшились всякого его яростного гнева.
Что же цивилизация только лишь усугубила и осложнила все имевшиеся ранее противоречия, присвоив им совершенно иной, новый статус, не решив при этом не единой из всех тех весьма существенных головоломок общественных отношений, запросто так имевших свое законное место еще ведь в пещерах.
Да и наоборот - вполне однозначно присовокупила она к ним кое-какие явно новые, куда более тяжкие грехи, чем были те имевшиеся некогда ранее негативные свойства самого изначального (ничтожно малого) общественного организма.

14
И все же возвышенное искусство создало столько прекрасного, безыскусно способного спасти этот мир от всего снедающего его безумства, что алчная и прожорливая цивилизация, была подчас именно вынуждена отступать от своих всегдашних житейских принципов.
Правда, происходило это только лишь где-то вокруг древних очагов культуры, и проявлялось это в плане ее самого уж непреднамеренного отказа от садизма и измывательства над ни в чем неповинными людьми.
Но ведь бывало и с точностью до наоборот…
Иногда цивилизация столь умело использовала духовность и культуру, что та неизбежно преобразовывалась в меч, обращенный против всякого дикого варварства с одной, как есть непримиримой целью взять, да разом изжить его с бела-света толком при этом, не считаясь, абсолютно ни с чем.

15
И вовсе тут не о чем спорить, настоящая истинная гуманность достижение высокой культуры, а доли цивилизации в этом благом деле нет, как нет, и надо бы до чего твердо заметить, что ее никогда собственно и не было даже в помине…
…поскольку оная может со спокойной душой убивать людей, словно тараканов, весело при этом ухмыляясь, смотря на все их безумные страдания по тому самому небезызвестному ящику под весьма простым названием - телевизор.

Главное - это чтобы невежественной толпе все ведь как надо было вполне так обстоятельно с толком разъяснено, разжевано и расфасовано по самым разным полочкам с сугубо научной точки зрения, а затем уж и впихнуто в глотку официальной пропагандой.
Ну а она, безо всякого в том сомнения, вовсе не из думающих людей состоит, а посему, буквально все, что кому-то окажется выгодным она с великой радостью до чего непременно разом проглотит.
И именно этак оно непременно и будет, причем разве что лишь потому, что на данный момент веры и невежества во всякой серой толпе столько, что она попросту загодя примет на ура почти всякое «задушевное откровение», неизменно пришедшее от ее духовных или политических лидеров.
И еще сколь длительное время людской массе быть в этом вопросе до чего и впрямь слепо ведомой, относительно легкой на подъем, и исключительно даже понятливой…

16
Все это те еще огрехи всей цивилизованной жизни…
И это одна лишь культура, постепенно приучит, а то и принудит к совершенно непосильному для всякого, (а в том числе и хорошо образованного невежества) вдумчивому использованию всех существующих в этом мире основ светлого аналитического ума.
Ведь - это он и может поспособствовать в области самого насущного применения (по назначению) суровой, однако вполне ведь разумной морали.
Ну а цивилизация насаждает слепую все прежнее полностью так смело разрушающую брутальность, раз уж отводит она от глаз ее представителей, (коие донельзя проникнуты верой в свою высшую значимость) всяческую элементарную логику настоящего сострадания.
Она у них непременно заменяется логической сообразностью всех в одно только явное исключительное БЛАГО совершаемых действий.
И в принципе, этак уж можно очень даже далеко зайти.
И главное вовсе не нужно того, о чем написал великий писатель Иван Ефремов в его наилучшем романе «Час быка».
«К великому счастью, деградация биологических наук на Тормансе не позволила такого рода "ученым" добиться серьезных успехов в тех зловещих отраслях биологии, которые в отдельных странах Земли в свое время едва не привели к превращению большинства народа в тупых дешевых роботов, покорных исполнителей любой воли».

17
Ох уж эта всеблагая надежда на более чем неминуемо весьма ведь во всем донельзя же благожелательное авось!
От нее так и тянет белым дымком до чего уютно-домашнего ожидания, пока все само собой как-нибудь обязательно не рассосется, да вот непременно еще обустроится и образуется…
Однако на самом-то деле там, где правит дешевый популизм и великое самомнение, возможно, буквально-таки все что угодно.
И все же усилия (все равно) непременно еще приведут к вполне надо сказать предсказуемому и ожидаемому результату.
Люди, они ведь все что угодно съедят, то есть абсолютно любую, совершенно неважно какую отраву лишь бы та была, хоть сколько-то с виду съедобной, а потому чего-нибудь подмешать в общеупотребляемые продукты в конечном итоге не составит ровным счетом никакого труда…

И если уж начнутся весьма серьезные проблемы в связи с наступлением берегов на сушу, а также еще и пустынь, то ведь легче всего будет решить все возникшие трудности со всем тем бунтующим населением самым простым его обкормом химическими заменителями нормальной пищи в сочетании с психотропными средствами.
Поскольку именно так с их благой помощью вполне можно будет всецело так легко успокоить самые буйные людские инстинкты.

18
Причем наша современная цивилизация при всех своих хищнических чаяниях, могла ведь именно к этому давно прийти, причем даже и без особых внешних причин, но культура и высокое искусство попросту никак не дали ей всего этого самым естественным для нее образом злодейски замыслить и осуществить.

Однако вот вследствие надвигающихся природных катаклизмов все высокое и чистое еще непременно можно будет взять разом в оборот политическим путем, очень уж многое, объяснив временной и явно исключительно вынужденной необходимостью.
Ну а, впоследствии смело, хотя и довольно хлопотно оседлав кресло безвременного правления можно еще будет – это в дальнейшем инициировать в виде самой обыденной практики, дабы на деле иметь же возможность проявить всю свою совершенно одеревенелую бесчеловечность.

19
И кстати, все это когда-то явно уже было, да только при несколько других обстоятельствах, поскольку истории свойственно ходить кругами и попросту неизменно повторяться…
Чтобы людей снова стали почитать за скотину…
Для этого вполне будет предостаточно и весьма планомерного развития тоталитарного общества с его ярым преклонением пред абстрактным добром, которое вызывает у населения одну лишь более чем естественную отрыжку, а оттого оно и становится ко всему апатичным, ну а посему и совершенно безвольным…

Однако все человеческое ясное дело тому, безусловно, же воспротивится…
Ну, так что?
Во имя того, чтобы враз отменить обыденную житейскую совесть буквально все у нас теперича будет объясняться одними лишь высшими соображениями, а не обыденными и элементарными истинами простой и естественной жизни.
А это между тем и приводит к куда большей утонченности стародавнего хитроумного зла, дабы вновь ему значится взять, да протиснуться сквозь угольное ушко в возводимый заново, (но по тем же прежним чертежам) новый мир высоких идей и мыслей.

20
Еще в древнейшей античности цивилизованные люди прекрасно могли, живя в атмосфере сущей сытой праздности, беспринципно выдавливать последние соки из бедноты, обирая ее до самой последней нитки, не принимая при этом никаких без дела умствующих возражений…
Поскольку истинная культура - это отнюдь не обустроенный кем-то быт, а куда ведь вернее внутреннее чувство прекрасного и высокого…

Многие садисты, изуверы и мракобесы запросто так умели довольно малой, но действительно светлой стороной их души… во всем до чего безгрешно предаваться истинному же блаженству благостно «вдыхая аромат» набегающих волн классической музыки.
Они кстати очень уж тонко порой умели ценить высокую поэзию, поскольку для того чтобы духовно развиваться, дабы затем внимать каким же угодно видам искусства вовсе не потребуется, ни свербящей внутри совести, ни досконально выверенной в больших до чего углубленных раздумьях морали…
Поскольку для этого понадобиться одно лишь стоящее того развитие, которое, между прочим, прекрасно может быть и всецело односторонним.
Ну а действительное улучшение всей человеческой личности, а не только же формирование того холодного и более чем ко всему кроме самого себя совершенно равнодушного разума произойдет только лишь вместе с прививанием гуманизма и разумной морали.
Да и еще вот надо бы заметить, что этика социального поведения почти всегда ведь верна, ну а мораль обращенная сугубо наружно исключительно так подчас убога, прямолинейна и уродлива.

21
Причем именно та совершенно вот подчас ущербная на всякий житейский разум мораль, обращенная в меч, карающий грешников и злодеев, и есть сущий пламень души всей современной цивилизации.
Ну а начало свое она сколь непременно берет именно от всех тех безумно фанатичных темных веков не так давно минувшего средневековья.
Тогда тоже ведь всякого только лишь на миг посмевшего отойти, хотя бы немного в сторону от протоптанной веками колеи тут же жгли на костре, принося его в виде жертвы Ваалу, во вновь возрожденном язычестве, единственное, что примерившем на себя христианство, как некую внешнюю одежду.

Заодно еще и напялив под него «нижнее белье» своей собственной великой святости, что вполне однозначно еще значительно вот усугубляло и без того наихудший из всех возможных ликов - сущих извергов и палачей.

22
И снова бы хотелось заметить, что те единственные люди - истинные мудрецы, кто всегда спасали западную цивилизацию, от абсолютно полной ею потери всякого истинного духовного облика, были одни только те действительно зрячие носители высокой культуры.
В то время как все остальные люди, были навроде змеи сбросившей старую, износившуюся кожу дикости, а вместо нее облачившиеся в сверкающую на солнце, яркую чешую современной степенной цивилизованности.
Однако внутри их душ никаких светлых перемен так и не произошло, поскольку внешнее (приспособленческое) изменение формы, как правило, ни в чем не соприкоснется с сугубо внутренней стороной всякого развитого сознания.

А уж в особенности - это окажется именно так, коли к тому вовсе не были кем-либо более чем осознанно направлены все же серьезные и целенаправленные усилия чьих-либо гуманных учителей, а тем паче (кстати, что автору кажется, куда более важным) самых так конкретных родителей и воспитателей.
Ну а ярче всего (наиболее отчетливо) все это проявлялось в тот самый момент, когда изнеженный цивилизацией европеец, попадал в совершенно необузданные, нисколько еще не переоформленные зарей цивилизации безмерно дикие условия.
Тот есть именно такие, при коих не было никакого твердого закона, как и сдерживающей всю его хищность, строгой общественной морали.
Ну а посему и обращался он в истинного зверя, доселе и невиданного под всеми звездами зодиака.

23
Да и в самой Европе, надо сказать, дела обстояли бы вовсе немногим уж собственно лучше, кабы развитие цивилизации действительно еще вот пошло абсолютно так односторонним путем.
То есть стало бы оно выражаться в виде самого так максимального потребления буквально всего на белом свете, включая также и духовные блага.
В подтверждение этому тезису можно привести слова слабого, а к тому же еще и изрядно подпорченного идеологией советского писателя-фантаста Георгия Гуревича, да вот уж, надо бы все-таки отдать ему должное - здесь он как говориться - бьет не в бровь, а в глаз…
«Пленники астероида»
«- Я построю себе дворец, - вслух мечтал Ренис. - Одна комната будет янтарная, другая - из слоновой кости, в третьей - мои золотые листы на стенах вместо обоев. Устрою картинную галерею для себя, для одного себя. Были когда-то на свете премудрый Леонардо, жизнелюбивый Рубенс, сентиментальный Грёз, томный Гоген, писали, вкладывали душу в полотна, страдали… А я куплю их души и на стенки повешу, пусть щекочут мои нервы…»

24
Такие люди среди холодных как лед, весьма уж рассудительных дельцов - они совсем ведь нисколько не редкость…
И только те благородные представители всего рода человеческого, так или иначе видоизменяющие своим искусством и истинной, не слащавой гуманностью сам как он есть ход мысли в головах алчных, абсолютно ничем ненасытных хищников, и не дали всему этому и вправду так на деле случиться.
И ведь хищники те были нисколько доселе и невиданного во вполне естественной живой среде чисто так цивилизованного образца…
Нет вот по мере сил предотвратить обращение человека-потребителя в лютого врага всего того хрупкого и ажурного, что вовсе-то не будет ничего полегче, чем уж полностью его сокрушить могли довольно-таки немногие представители благородно развитого ума.
Ну а многие другие вполне ведь могли снизойти во тьму, совершенно разрушив и прежде всего в самих себе все основы прежних вполне так в принципе естественных для всякого человека добродетелей.

Ну а восприятие всего этого мира вещей, как чего-то мало по сути отличного от большого корыта, в которое надо бы лишь только нос свой сунуть, да и захапать оттуда, как можно поболее всех других, покуда силы на то еще есть…
Вот именно это, и порождает идеологизированная, живущая одним тем сегодняшним днем серая бездуховность…
…или наоборот утонченная духовность, того же серого потребительства только лишь в куда более широком, совсем, не иначе, а почти что, несомненно, одном том утилитарном смысле.

25
И именно этак оно само собой выходит, причем как говориться уж без всяких совершенно излишних прикрас.
Ведь сама как она есть духовная сущность потребителя всех нынче существующих благ запросто еще может низвести человека от природы доброго до сущего состояния полнейшего примитива.
Поскольку он может совершенно зачерстветь в плане хоть сколько-то действительно стоящей того гуманности к ближнему своему.
Ну а светлый, технически подкованный, овеянный духом возвышенного искусства разум вполне этак может послужить одним тем острейшим хирургическим инструментом социального зла и вовсе уж того никак нисколько не более.

26
Да вот еще: представителей одного и того же народа начали делить по их чисто внешним свойствам задолго ведь до принятия на ура их глубоко противного всякому разуму искусственного разделения по социально-классовому признаку…
Когда-то ранее люди могли быть разделены на ангелов и демонов, к примеру, по их довольно-то мало в чем (кроме нисколько так не существенных деталей) разнородной религиозной принадлежности… как говориться при одной и той же, в сущности, вере.
И раз некий ближний был сколь безнадежно выделен и охарактеризован одним лишь тем сколь броским словом.
А потому и по всем тем исключительно обезличенным критериям, его ведь и можно было отныне считать не более чем скотом, издох так и ладно.

27
И это одни те настоящие граждане мира сего, всем своим величественным духовным ликом и освещали всю ту беспросветную мглу всех тех долгими веками сложившихся отвратительно грязных социальных, нравственных, этнических и религиозных предрассудков.
И то ведь было именно их рук делом, хоть сколько-то предотвратить уничтожение всего человеческого в душах всегда уж неизбежно осоловело праздных обывателей.
И именно им мы собственно и обязаны всему своему моральному чувству, как и всей-то нашей истинной духовности.
Не то чтобы - этого никак не могло бы существовать и без них, однако будучи крайне хрупким, светлое и высокое обязательно было бы во многих людских душах непременно разрушено всевозможными цивилизованными вандалами во имя своих личных, своекорыстных интересов.

28
Это же только люди высокой души и заполнили собой всю ту социальную нишу, без которой и не могло быть сегодняшнего дня во всей его нынешней современной интерпретации.
Без них были бы варварство и жестокость, лишь тем более грандиозные, поскольку из человека ничего уж стоящего без вложения в него чувств доверху переполняющих чье-то большое сердце вовсе вот совсем нисколько так и не выходит…
Цивилизация, она вообще бесподобно способна, насаждать особого вида, искусственную брутальность, а человек, он попросту до сих пор еще довольно многое воспринимает исключительно извне, а вовсе не имеет он его где-то в самом себе заранее аккумулированного, изначально еще запасливой природой в нем загодя заготовленного.
Люди, они не кузнечики, чтобы сразу зарождаться со вполне обозначенной во всем выверенной программой действий, а значит, внешняя средаспособна почти так любого быстро же взять в свой оборот.
И вся суть вопроса, она только в том, а сколько для этого еще понадобиться усилий, дабы добиться того действительно нужного кому-то результата, а также и до чего целенаправленным окажется – это самое чье-либо и впрямь этак внешнее воздействие.

29
А, кроме того, до чего на деле то еще окажется важным… то вот самое более чем наглядное наличие однозначно же реального видения конкретной (ни в коем случае небумажной) альтернативы всему тому, что происходит буквально-таки повсеместно где-нибудь вполне возможно действительно рядом.
Вот уж чего нам всем совсем так не наскоро поведал о подобного рода коллизиях общественного бытия великий писатель Иван Ефремов в его замечательной книге «Час Быка».
«Идиотские критические замечания, поношения, шельмование людей на производстве или в сферах искусства и науки пронизывали всю жизнь планеты, сдавливая ее отравленным поясом инферно. Очевидно, в дальнейшем при той же системе управления будет все меньше доброжелательности и терпимости, все больше злобы, насмешек и издевательств, свойственных скорее стаду павианов, чем технически развитому человеческому обществу».

30
Но в том-то и дело, что технически развитое общество, вовсе так нисколько не позаботится о всеобщем же поднятии уровня своей культуры, а куда вернее, наоборот, до чего только расстарается издали, вот наведя внешний яркий глянец на всю ту извечную народную тоску печаль…
Полностью так растворить истинное искусство в патоке словобильных сюсюканий о всегдашних высших человеческих чувствах…
Попросту надо ему некоторым образом упростить духовность бескрайне опошлить светлые чувства, дабы, как-либо всецело усреднить массы, а тем и обратить их в послушных исполнителей, чьих-то (в случае надобности) сколь уж и полновластных указаний.
Ну а тем неизбежно оно обрекает их к возвращению куда-то однозначно вспять только ведь на новейшей техногенной основе.

Причем техническая оснащенность в этом вопросе исполняет, вполне насущную роль рычага.
И может уж статься, что пресловутый технический прогресс в самом недалеком будущем еще непременно окажется злющим врагом буквально так всякой на свете духовности.
Раз оная имеет своим подлиным очагом самую прямую связь с природой, а вовсе не с тем движущимся или чего-то самому себе бренчащим железом.

31
Да, действительно люди, создающие культуру, а не ее жвачное, мычащее, а порой и блеющее о неких высших чувствах подобие, на деле вырывают нас из тьмы невежества, явно приподнимая сокрытый в нас под всем ее подспудным житейским сором до чего только необъятный духовный потенциал.
Однако истинное его восприятие отнюдь неравномерно.
У одних оно чрезвычайно избыточно, зато у других…
Толпа простых, безыдейных граждан всегда ведь жила сама по себе, рождаясь и умирая, по тем же раз и навсегда устоявшимся на веки вечные канонам бытия, по коим обитают в этом мире растения, а впрочем, и все другие хоть сколько-то активные живые существа.

32
А все-таки люди весьма активно движущие нашу планету куда-то вперед в чисто техническом плане - далеко не всегда в чисто духовном смысле, хоть как-то лучше и выше обычного наскоро жующего свой хлеб обывателя.
Надо бы помнить, что само по себе - это их направление от них всего этого вовсе и близко не потребует, как, и от всех тех, кто тем или иным образом употребляет живительные плоды высокой культуры.
Да и более чем, несомненно, что и те, кто ее создает, и они тоже нисколько несовершенны ни в том-то самом своем возвышенно духовном, а в чисто же человеческом моральном облике.
И все это истинная правда…
И вот еще в чем беда - тот, кто духом своим, хоть сколько-то выше среднего невежественного обывателя сам себя подчас считает, чуть ли не за небожителя.

Однако сама по себе принадлежность к интеллектуальной, якобы возвышающейся над всем остальным людом привилегированной касте, никому еще не дает права расценивать гремящих цепями своей обыденности обывателей, в качестве недалеких умом представителей общества.
То есть вовсе ведь нисколько нельзя со всей высоты своего преображенного высшим образованием напыщенного естества, рассматривать людей, повседневно копошащихся в своих мелких делах, как существ некого второго, низшего сорта.
В этом-то и проявляется весьма насущный на наш сегодняшний день прообраз Кжи и Джи нашей с вами будущей планеты Торманс.

33
Да кто же это он вообще такой - тот весь и впрямь вот объятый величественной духовностью человек – истинный образец подлинной образованности и культуры столь надменно стоящий над всяким мелким и скудным умом бытием?
Да в сущности же никто!
Ничем уж и впрямь особенным, над всеми остальными - прочими (обывателями) он буквально ни в чем ведь нисколько не возвышается?
По большей части, то весьма определенное о себе мнение со стороны российской интеллигенции есть один лишь наглядный проблеск старого, как этот мир аристократизма, голубой крови рядом с мужичьем, от которого несносно, что хлебом, что навозом попахивает.

34
Но нет на самом деле простой народ, он почти что во всем исключительно идентичен людям со столь ярко выраженными, нетривиальными свойствами интеллекта, что может даже с виду показаться, будто их мозг и впрямь на целых полтора килограмма явно тяжелее, (как у дельфина) чем у всех остальных, прочих, рядовых членов общества.

Причем надо бы заметить, что в своем абсолютном большинстве почти что все без исключения люди берут же истоки своих семейных корней от точно тех самых, не столь и далеких предков.
Поскольку внук, а то и сын простого рабочего вполне может стать (при наличии к тому соответствующих способностей) зав кафедрой, а то и членом академии наук.
И вся существенная разница между ним и его родителями, проявит себя в чем-то по сути одном - не столь и важном.

35
В этой жизни и впрямь не так уж и мало того, что для самого по себе умственного развития как такового никакого существенного значения вовсе так не имеет.
Например, тот же Чкалов, родившись в 18 веке, летчиком точно бы нисколько не стал.
А вот смог бы он им оказаться, кабы на момент его рождения, и далее никто бы так и не изобрел рабочую модель аэроплана?
Конечно же, нет!
Автору, вообще кажется, что и сегодня среди нас живут люди, несомненно, талантливые, да только ведь в чем-то таком, что когда-то еще обязательно будет, однако уж возникнет, оно разве что через пару другую тысячелетий.

36
Дать им ту самую насущную возможность на деле себя проявить - наше сегодняшнее настоящее время, ну никак ведь нисколько не сможет…
Да и вообще буквально всякая гениальность без крайне вот необходимого для нее развития ничего сама по себе совершенно не стоит!
НО раз уж вышло у человека выделиться из всего остального непривилегированного народа, то это вовсе никакое не чудо, а только одно лишь весьма существенно же удачное стечение многих разноликих жизненных обстоятельств.

Такому человеку, быть может, уж разве что повезло пересилить все те плотно окружающие его неблагоприятные условия.
А потому и приобрел он себе то должное развитие всех его естественных, природных качеств и талантов, коие не имел в себе возможности сформировать и развить, никто из его близких родственников или говоря иначе более обобщенно, ни один из его далеких предков.
Однако то нисколько еще вовсе не значит, что были, они его, хоть в чем-то от природы глупее.

37
А все-таки хотелось бы в тайне лелеять надежду, что со временем станет возможным, с большей степенью вероятности выявлять все яркие народные таланты из необъятной серой толпы никак не выделяющиеся из бескрылой и бесцветной массы простых обывателей.
Для преуспеяния на данном поприще надо бы уж изначально отказаться от слепого среднестатистического принципа равенства, заменив его равенством вполне полноправных возможностей.
Ради действительной реализации данного принципа каждому, кто на деле сможет внести существенный вклад, в дело науки, получив университетское образование надо бы хоть, как-то вот материально помочь.
Да и вообще надо бы их, куда поболее продуманным и целенаправленным образом весьма вот явственнее выделять из всей же общей массы, создавая им совершенно особые льготные условия.

38
Вполне естественно, что делать нечто подобное можно лишь в случае некой особой природной даровитости…
Поскольку при подобном стечении обстоятельств даже вот взвалив на себя заботу обо всей многодетной семье - государство явно еще от этого шага нисколько не потеряет, а непременно когда-нибудь выгадает для себя до чего немалую пользу.
Конечно, тут сами собой непременно еще могут начаться всевозможные праздные разговоры про вполне неизбежные после реализации данных благих намерений в серые будни жизни всевозможные злые обиды.
И даже и впрямь вот могут возникнуть некоторые более чем совершенно неправомочные сравнения.
Мол, все это значит сразу же, окажется, в точности как оно было на вымышленной писателем-фантастом Иваном Ефремовым небезызвестной планете Торманс - Джи и Кжи.

Однако есть же разница – никто ведь людей обладающих исключительно средними способностями… подвергать насильственной эвтаназии в 25-летнем возрасте нисколько вот здесь и близко так совершенно не предлагает.
Попросту если возобладает принцип искусственного равенства возможностей для буквально всех слоев населения…
Вот тогда на самом верху общественной пирамиды непременно появится, куда поболее достойных людей, а не будет оно столь плотно облеплено и обсижено зачастую бездарным племенем весьма настырных потомков важных деятелей прошлого, или тех, кто принадлежит к некой вполне определенной, просвещенной прослойке общества.

39
Ведь уж выйдя именно из этой среды, почти каждый имеет свое более чем законное право вполне всерьез рассчитывать, на то, что и для него тоже приберегут более или менее достойное теплое местечко.
И так оно отнюдь не со вчерашнего дня еще повелось!
Об этом же Лев Толстой в его гениальной «Анне Карениной» некогда написал.
Вот его слова.
«Половина Москвы и Петербурга была родня и приятели Степана Аркадьича. Он родился в среде тех людей, которые были и стали сильными мира сего. Одна треть государственных людей, стариков, были приятелями его отца и знали его в рубашечке; другая треть были с ним на "ты", а третья треть были хорошие знакомые; следовательно, раздаватели земных благ в виде мест, аренд, концессий и тому подобного были все ему приятели и не могли обойти своего; и Облонскому не нужно было особенно стараться, чтобы получить выгодное место; нужно было только не отказываться, не завидовать, не ссориться, не обижаться, чего он, по свойственной ему доброте, никогда и не делал. Ему бы смешно показалось, если б ему сказали, что он не получит места с тем жалованьем, которое ему нужно, тем более что он и не требовал чего-нибудь чрезвычайного; он хотел только того, что получали его сверстники, а исполнять такого рода должность мог он не хуже всякого другого».

И ведь обязательно надо бы пристроить на самые теплые места именно тех, кто славен одним лишь своим родством, а потому буквально с малолетства близок к самым высшим слоям совершенно так вширь необъятного общественного организма.
И главное еще уж подчас их непременно принято вот обращать в сущих людей гигантов, ну а все остальные они навроде тех муравьев у них под ногами… надо им будет, задавят, сколько захотят во имя насущных интересов всего остального общественного муравейника.

40
А между тем и для самой же серой во всех отношениях личности совсем не окажется, хоть в чем-либо затруднительным приобрести себе буквально любую, даже и самую так значительную должность, если уж он кто-либо, кто имеет стародавние семейные связи с кем-то из высших сфер общества.
И кстати, никто из них вовсе не есть истинный образец некого возвышенного разума!

Как раз во всем наоборот, именно от полноты всей грудью ими вдыхаемого воздуха, они и творят самые дикие бесчинства, поскольку им, видите ли, все это отныне не возбраняется, а потому значится и всенепременно ведь полностью можно…

41
Еще Грибоедов устами своего героя Чадского обличал этих ханжей готовых во имя «наивысшего блага общества» на высочайший подвиг, геройски прокладывая себе путь к его достижению телами недостойных, хоть сколько-то лучшего к себе отношения, совершенно никчемных людей.
Вот слова Грибоедова.
«Которых мы должны принять за образцы?
Не эти ли, грабительством богаты?
Защиту от суда в друзьях нашли, в родстве,
Великолепные соорудя палаты,
Где разливаются в пирах и мотовстве».

А почему бы это им не проматывать общие (считай ничьи) народные деньги, если уж к ним имеется вполне так с виду безопасный, совершенно ненаказуемый, а главное чрезвычайно легкий доступ?
Ведь суд все равно, скорее всего, непременно оправдает, главное со всеми по-братски поделиться, а то обиженные и обделенные они-то как раз более всех прочих свой голос до сущего кликушества и возвышают, голося же при этом про кем-либо слишком беззастенчиво наворованное добро.

42
Конечно - далеко не всегда и не везде оно именно так, однако сам по себе сей непреложный факт, однозначно сам собой так и останется… абсолютно неоспоримо, что доказывать себя мыслящим человеком будет всего легче именно тому, у кого всего этого было буквально же в изобилии…
Поскольку все духовные и интеллектуальные ценности, обретались где-то от него совершенно невдалеке и под боком.

Так что уж зачастую, именно из-за подобного рода жизненных факторов, не столь редко одно лишь случайное сочетание хромосом, пожалуй, что и определит, кому именно быть образованным человеком, а у кого к тому может попросту не хватить душевных сил или физического здоровья.
Или уж в лучшем случае его путь совсем не будет усеян розами, а этот фактор иногда создает низкопоклонных холуев с большими научными званиями…

43
А, кроме того, общество не так давно было разделено (по секторальному признаку) на своих и чужих, так что простолюдинов за равных себе по индивидуальному интеллекту, никто и близко тогда не считал.
Зато общий народный ум в те не очень, кстати, далекие времена явно так еще, несомненно, весьма немало преувеличивался.
Классовое сознание на Руси оно вообще вот, быть может, и не само по себе столь резко усилилось…
Вполне возможно, что это произошло только в связи с огромным багажом наследства Льва Толстого…

Попробовав сходу сунуться в народ и получив при этом от него впрямь так сразу же по носу, как и набив при этом себе огромную шишку на лбу, чувствуя внутри ужасную оскомину, российская интеллигенция окончательно заперлась исключительно вот сама в себе.

44
Что было толку от воззваний Толстого объединиться с народом столь ярко и прекраснодушно выраженных в его «АННЕ КОРЕННИНОЙ».
Эта вся его внешняя, несколько, пожалуй, одутловатая одухотворенность…
Внутри он как был надутым барином так им до конца своих дней, в сущности, и оставался.
Вот он самый конкретный тому пример из другого его великого произведения
«Война и Мир».
«Ну давай спорить, - сказал князь Андрей. - Ты говоришь школы, - продолжал он, загибая палец, - поучения и так далее, то есть ты хочешь вывести его, - сказал он, указывая на мужика, снявшего шапку и проходившего мимо их, - из его животного состояния и дать ему нравственных потребностей, а мне кажется, что единственно возможное счастье - есть счастье животное, а ты его-то хочешь лишить его. Я завидую ему, а ты хочешь его сделать мною, но не дав ему моих средств. Другое ты говоришь: облегчить его работу. А по-моему, труд физический для него есть такая же необходимость, такое же условие его существования, как для меня и для тебя труд умственный. Ты не можешь не думать. Я ложусь спать в 3-м часу, мне приходят мысли, и я не могу заснуть, ворочаюсь, не сплю до утра оттого, что я думаю и не могу не думать, как он не может не пахать, не косить; иначе он пойдет в кабак, или сделается болен. Как я не перенесу его страшного физического труда, а умру через неделю, так он не перенесет моей физической праздности, он растолстеет и умрет».

45
Вот оно воистину животное мнение господ, обо всем их честном народе, преподнесенное, словно на блюдечке великим общемировым классиком.
Автору, в то попросту уж совсем вот не верится, что Герберт Уэллс не читал Льва Толстого такого и быть нисколько так никак не могло.
А вслед затем он и начертал свое несчастливое и несветлое будущее в его знаменитой повести «Машина Времени».
И уж не из-за этой ли натужной сентенции великого русского графа у него и возникла идея, разделить будущее общество на два совершенно различных биологических вида?

А между тем некоторые до чего наглядно именно это (черным свинцовым порошком на белой бумаге) и отобразили.
Причем уж в этом надо сказать, и был вполне здраво проявлен их более чем искренний взгляд на довольно многие житейские вещи.

46
В своих досужих суждениях они, как правило, всецело основывались на одних лишь околонаучно безумных теориях о самой так сказать принципиальной разнице между расами или же классами тех порой исключительно безучастно живых людей.
Вот чего о том довелось автору отыскать у выдающегося писателя Андрея Платонова в его исторического значения повести «Котлован».
«Девочка могла бы быть и дочерью Чиклина. Мать ее даже хотела, чтобы было так. Но все равно ребенок едва ли был бы лучше и разумнее. Зачал девочку, наверное, такой же, как и Чиклин, мастеровой человек, стало быть, плоть в ребенке из одного классового котла. А если кто и радовался ласкам умершей женщины, то эти ласки не есть квалификация ребенку. Это не человечество».

Эти строчки были начисто подчищены цензурой из конца третьей части, так что на бумаге их попросту нет, и лишь в аудиокниге они теперь несмотря ни на что все же присутствуют.

47
Вот ведь до чего уж дело дошло!
Большевики и детей начали по их еще изначальному зачатию, вполне определенно разделять на некие видите ли извечно враждующие между собой классы!
Как говориться до чего уж только они не додумались, смачно жуя жвачку своей совершенно не в меру разухабистой идеологии…

А люди, они все, по сути, своей одинаковые и лишь цвет их кожи или, что тоже порою случается - различный культурный опыт, труд и национальный колорит делают их несколько все же иными, но все это крайне так эфемерно в свете наиболее главного, общего для всех их общечеловеческого начала.

48
Причем то, что является более чем доступным для достойного понимания всяким развитым человеком, так - это, прежде всего, само вот осознание того, что области знания слишком безмерно, они широки.
А из этого сам собою напрашивается вывод, что уж понять, кем бы это именно стал (имея к тому возможность) тот ведь человек, что все же получил бы должное воспитание и прежде всего домашнее образование…
Нет, никоим образом того даже и не представить, всего-то лишь составив его общий психологический портрет.

Но все это, конечно же, мелочи, а главное оно только в том, что это мы действительно люди в самом так доподлинно полноценном смысле этого слова, а все остальные для нас ничтожны, поскольку искрить светлую мыслью, им ведь, как оказывается, попросту совершенно же нечем.
Соответственно разом записав всех обывателей в безмозглых обормотов, невольно создашь из самого себя властелина всей обозримой вселенной!
Ну а на самом деле разница в уровне интеллекта не столь и существенна и у самых различных групп населения, она в довольно значительно большей степени определяется культурным опытом, семейными традициями, образованием, наконец, нежели чем-либо абстрактным и начисто отвлеченным от буквально ведь всех существующих жизненных реалий.

49
То есть если уж донельзя заострить внимание на этой теме…
Основная разница между интеллектуально развитыми и образованными людьми и всем прочим народонаселением пролегает в одной лишь области, куда более углубленного повседневного восприятия первыми всего окружающего их мира.
А это в свою очередь сколь так однозначно происходит именно за счет всего полученного в домашних условиях воспитания, а также еще и последовавшего затем высшего образования.
А посему дело тут вовсе не в некой голубой крови - аристократизма духа.

То есть главное на сегодняшний день различие между интеллигенцией и всем остальным малообразованным народонаселением, (кроме учебы в университете) заключается, в сущности, именно в том, что первых в отличие от вторых вполне всерьез приучили, употребляя, пережевывать не одну пищу физическую, но также духовную.

50
Культура современного цивилизованного человека сама по себе без всего того внутреннего наполнения, к коему ее может еще принудить одно лишь во всем до самого конца так продуманное воспитание, является чем-либо чисто исключительно внешним, причем надо бы сказать довольно легко шелушащимся лоском, следствием удобной и ласковой жизни.

Интеллектуальный труд он сам по себе никого не облагораживает, а единственное чего вообще добавляет, так это апломба, морщин на лбу, кое в чем расширяет внутренний кругозор.
Однако только лишь в том самом случае, коли уж сам человек того ведь действительно пожелает.

51
Причем, куда большее разнообразие рациона, еще совершенно так не указывает, на безмерно более существенную восприимчивость к тому, что однозначно вот не является сущей обыденностью бытия, во всех так сказать его весьма обывательских проявлениях.
Потребление человеком всего того, что может дать ему жизнь и природа процесс вполне однозначно естественный и простой.
А потому и нет никакой серьезной причины, для сколь явного возвеличивания самих себя до тех бесподобно высоких небес из-за одной лишь той неотъемлемой способности ко вполне осознанному, да только совсем не творческому, а уж скорее исключительно обывательскому поглощению…
Буквально вот всех тех изысканных задушевных благ, что пока еще столь малодоступны довольно многим обычным людям, и вовсе не в силу темноты их довольно неразвитого интеллекта.

И это именно так, и прежде всего оттого, что при их явно досужем чтении могут они всерьез охватить один лишь весьма занимательный сюжет, а вовсе не всю красоту и величие еще изначального замысла.
Но это как раз и происходит собственно оттого, что обыватели к усвоению чего-либо нужного для полноценного развития всей своей личности, пока еще нисколько неприспособленны.
И уж связано - это со всеми теми до чего неизменно обыденными факторами весьма недалекого в смысле всех своих бытовых потребностей вполне этак исключительно житейского существования.

52
А впрочем, речь тут идет далеко не обо всех, а только лишь о подавляющем большинстве синих воротничков.
Ну а те, кто зарабатывают себе на жизнь ИСТИННО ВЕЛИКИМ интеллектуальным трудом…
Зачастую это уж люди еще изначально попавшие в довольно-то удачные для них условия, или им попросту хватило сил вырваться из их мещанской среды, но это всегда ведь удача, запас здоровья, нерастраченных в вечных домашних склоках нервов, а не какая-то сама по себе голубая кровь.
Да вот уж, однако, некоторые мнимые представители великой аристократии духа, зачастую именно в том более чем, несомненно, убеждены, что еще изначальным первоисточником всей их высокой духовности и «цвета крови» являются сотканные из красивых чувств фолианты великоидейной высокохудожественной литературы.

53
Да только ведь данное суждение совсем этак не иначе, как абсолютная чушь, поскольку дети, словно маленькие обезьянки буквально во всем берут пример со своих родителей, а все остальное для них аморфно и не является неким живым образчиком для всякого их внутреннего чувственного анализа.
Так что из всего этого сам собой проистекает факт сколь явственно нас посвящающий в тайну того, что всеми нами до чего только любимая литература может быть одним лишь дополнительным наглядным пособием, стимулом, но никак не светочем высших истин во тьме тяжких душевных скитаний.

Ну а, кроме всего остального прочего, книги еще и не приучают человека к здравым, светлым и высоким мыслям - это совсем не то, ради чего они были кем-то задуманы и однозначно так предназначены.
Им ведь было предначертано только лишь приоткрыть перед человеком весь этот необъятный мир глазами других людей, и именно в этом и есть вся их основная задача.

54
Всецело же утилитарный подход к ним неизменно начинается с их многоликого применения в сфере самовозвышения своей собственной личности над всеми прочими другими… так сказать посредством необъятного чтения великого множества различных авторов, хотя еще две (без малого) тысячелетия назад великий римский философ Сенека предупреждал против этакого всепоглощающего подхода к литературе.
Вот его слова.
«Большая библиотека скорее рассеивает, чем получает читателя. Гораздо лучше ограничиться несколькими авторами, чем необдуманно читать многих».

55
И это именно поэтому некоторые чрезмерно возвышенные личности, от этакого безмерного всеобилия полученных ими чувственных впечатлений, посредством, надо сказать, слишком так всестороннего проникновения в мир книг и полного, кстати, растворения в нем на всю, их исподволь неизменно окружающую реальность во всем дальнейшем постараются почти, что совсем уже не оглядываться.
И все - это, только потому, что там все совершенно излишне серо и невзрачно по сравнению со сколь, несомненно, весьма красочно надуманным миром чьих-то возвышенно светлых фантазий.

А книги между тем надо бы любить за душу их авторов, а вовсе не за то, что представляют они из себя, то более чем изысканное блюдо, поданное в роскошном ресторане под названием «Душевная благодать».
Ведь дело, не только уж в благостном, умственном и задушевном усвоении книг, которое, куда скорее увязано именно с одним же весьма так насущным процессом пищеварения, (хотя и в духовном смысле), чем с неким доподлинным душевным подъемом над всеми низинами плотского мещанства.

56
Оно-то, кстати и приводит к мыслям о своей так сказать незатейливо великой значительности по сравнению с тем ничего не значащим песком эпохи, текущем в одном и том же неизменном направлении от рождения к старости и смерти.

Подобное видение мира, безусловно, так недопустимо, поскольку самовозвышение над серой толпой совсем без того, чтоб на свой Олимп пришлось взбираться с большим рюкзаком за спиной, не раз рискуя при этом сломать себе шею, всенепременно будет собой означать одно лишь явное чванство, а также засилье излишне широко образованного впрямь-таки старообрядческого невежества.

57
Зачастую подобные люди более всего, думают только лишь о своем личном удовольствии, которое им попросту обязана предоставить жизнь, а не каком-то им вовсе неведомом абсолютно так большом общественном благе.
А впрочем, надо бы признать, что делают они это именно так не от великого всепоглощающего эгоизма, а прежде всего оттого, что эти сыны книжной премудрости, считают людей обыденных, совершенно недостойными вящей заботы обо всяких их мелких житейских интересах.

Зато до чего отчаянно они раболепствуют пред высокими идеалами, идеями способными поднять всю людскую массу на борьбу неизвестно за что, но зато сколь поистине утопически иллюзорно благородное, а также и исключительно чистое во всех его самых что ни на есть запредельно благих намерениях.

58
И вот это именно те, кто, впрямь надрывая глотку, несут на щите всенепременное общее благо, они-то еще и устроят после захвата светской власти и престола Господа Бога некое сущее подобие рая с самым дешевым и питательным рационом (ясное дело) за счет рабов.
Причем тот мелкий и ничтожный люд при таких делах еще уж может оказаться именно тем, чем чьей-либо «великой душе» будет этак вот только угодно, а в том числе и пищей для привилегированной расы, или тем паче для самих же себя.

Но то лишь в самом крайнем нацистском случае, ну а при нашем безмерно переразвитом социализме реальностью оказалось именно то, о чем написал в его книге «Час Быка» Иван Ефремов.
«Виды убийства многообразны. Убивают несоответствием выполняемой работы и условий, в которых она проводится. Отравляют отходами производств и моющими химикатами реки и почвенные воды; несовершенными, скороспелыми лекарствами; инсектицидами; фальсифицированной удешевленной пищей. Убивают разрушением природы, без которой не может жить человек, убивают постройками городов и заводов в местах, вредных для жилья, в неподходящем климате; шумом, никем и ничем не ограничиваемым».

59
Собственно вообще осознать, чем уж все - это далее, и в самом ближайшем будущем еще вполне этак может оказаться чревато…
…а тем более, не прикрывая личины открыто протестовать мало уж, кто в действительности сколь опрометчиво на то когда-либо еще уж отваживался.
Причем, как минимум отчасти все - это происходило только лишь оттого, что художественные книги всегда создавали, а впрочем, и теперь точно также и создают довольно удобную всяческим недалеким умам иллюзию впрямь-таки райского блаженства, уводя человека от буквально любых действительно реально существующих в этой жизни обыденных ситуаций.
А потому, и послужат они истинным погостом для всяческого духовного идолопоклонства, а уж в особенности для всех тех, кто сколь истово на них молится, а не вдыхает всей душой аромат чужих мыслей и светлых чувств.

60
А между тем именно - это и порождает доподлинно благодатную ответную реакцию и вовсе не в виде некоего утробного удовольствия от хорошо и изыскано переваренного внутри души красивого слога.
Ну а у кое-кого излишне просветленного весьма так блекло отображающими действительность книжными реалиями порою бывает воистину столько задушевного пламени в очах, что никаким прибором его нисколько не измеришь.
Да вот уж беда, когда надо бы действительно с кем-либо воевать, а в том числе и в чисто социальном плане, они почему-то сразу стушевываются, и бравады от них вовсе и близко нисколько не жди.
И разве все дело тут именно в трусости?
Нет, в одной лишь изысканной чистоплотности слишком уж всерьез воспринимаемой в виде сущей благости общественного бытия, а вовсе не только того к чему непременно вот следует еще всем нам сколь явно так всецело стремиться.

Да кстати и в сугубо мирной, не так чтоб бесконфликтной жизни тоже ведь довольно приметна весьма вот наглядная их тенденция прижаться бы к власти, да поплотнее, что, безусловно, всегда изобилует немалым числом компромиссов или полукомпромисов с общественной этикой и моралью.
Причем касается - это практически всего, что только, хоть как-то может угрожать чьему-либо душевному спокойствию, а тем более так еще и материальному благополучию.

61
А отсюда, как и понятно, в том числе и готовность к попранию, каких угодно принципов совести, дабы иметь реальную возможность тихо уйти в свой иллюзорный мирок, в котором никак нет никаких бурь, а всегда одна лишь тишь да гладь, а вокруг хоть трава не расти.
Вот как описывает - это Иван Ефремов в его книге «Час Быка».
«Ученые владыкам помогали во всем: изобретая страшное оружие, яды, фальсификаты пищи и развлечений, путая народ хитрыми словами, искажая правду. Отсюда укрепившаяся в народе ненависть и недоверие к ученым, стремление оскорбить, избить, а то и просто убивать «джи», как прислужников угнетателей».

62
То, что описал в своей книге Иван Ефремов, есть самое неотъемлемое диалектическое развитие всякой всепланетной диктатуры, и как бы она в дальнейшем себя не называла - это одни лишь зачастую крайне малосущественные детали.
Ну а сама ее суть непременно окажется одна ведь и той же с довольно-таки мелкими ответвлениями, существующими только лишь на первых порах.
После полного захвата власти вся разница, в конце концов, неминуемо бы исчезла, а если и не сразу, то это непременно бы еще случилось со временем, пусть даже вот и крайне поэтапно и постепенно.

Ну а весьма веской причиной укоренения новых норм общественного бытия должен был стать именно тот не в меру прекраснодушный и чрезмерно сердобольно вздыхающий по поводу нескончаемых (от века) страданий людских масс идеализм.
Уж сегодня явно живущий в некоем прекрасном далеко, он всею душою влюблен, во все умиленно светлое, да и абстрактно нарядно хорошее.
Ну а потому и приглядываться к той крайне неприглядной изнанке вещей, ему совершено вот вовсе нисколько не свойственно.
И это он, прямо-таки надрываясь от безмерного усердия во всеуслышание сладострастно верещал…
Вот оно, мол, все то, что нынче оказалось, вполне доступным в плане его теоретического обоснования, как и чисто абстрактного «осязания» в рамках сухой теории.
Ну а теория та была явно настояна, прежде всего, на жажде крови эксплуататоров.
И именно ее теоретически железобетонно верные устои и есть тот самый образец разумного и более чем во всем последующем грядущем истинно всеблагостного бытия…
И главное ожидать его весьма благостного воссоединения со всей насущной действительностью непременно уж следует в самом ближайшем будущем. Ну а для этого надо бы разве что всем нам вместе собраться, да старую темницу общественного бытия как-нибудь, да получше (до самого основания) раскурочить…

63
Тот, кто собирался воплощать в жизнь все – это форменное безобразие был до чего верно, подкован и грамотен в смысле одно лишь сколь ведь яростного напяливания на всю эту нашу извечно суровую обыденность, обнищало голых книжных изысков.
А уж они надо бы то прямо сказать сколь непременно являлись производным пламенных идей, что были тем самым подпольным печатным станком до чего только блекло, отпечатаны серым шрифтом по белой бумаге.

Однако одного этого для вполне истинного осознания всех необходимых мероприятий во имя того самого последующего воплощения в жизнь светлых бликов грядущего было бы явно еще нисколько уж недостаточно.

64
Поскольку для этого надо было действительно действовать с умом а, вовсе, не, бряцая «пустыми, блестящими тарелками настоящего» да и про некий скорый светлый рай наскоро так трезвонить.
Нет, уж неистово заниматься этакого рода общественным просветительством никому до революции совершенно вот значит, и близко не следовало.
Это ведь было более чем бессмысленно, как и безмерно вредно для всякого здравого рассудка весьма же обычных праздных обывателей.

65
Сама ведь идея вполне может быть безмерно прекрасной и ослепительно величавой, да только вот в чем беда так беда на наш сегодняшний день вовсе так окажется нисколько неосуществимой. Ну а почему тогда из-за нее должны гибнуть живые люди к тому же затянутые в непримиримую борьбу зачастую силком, без всякого на то их о чем-либо спроса?
Люди, ведут себя порой столь нерационально, что их попросту надо бы все время поправлять и указывать им нужный, верный и правильный путь?

Вот как любят некоторые этакую весьма уж куцую свою логику, начисто между тем отторгнутую от всего того, что ее могло бы, хоть как-то еще увязывать с самой, как она есть житейской реальностью.
Однако основной вопрос, он как раз таки в том, а возможно ли вообще быстрое эволюционирование, даже и одного отдельного человека?
Ответ он естественно, что отрицательный, ну а возможен ли быстрый массовый регресс.
Нет уж этого как раз вот, сколько угодно – можно сказать, хоть отбавляй.

66
Любая спешка и насилие по достижению добра (не по предотвращению отвратительного смертоносного зла) всегда чревата полнейшим перерождением чего-либо прежнего исключительно надуманного и аморфного, во что-то и впрямь до чего чудовищное…
И это самое из чисто теоретических выкладок выведенное и выеденного же яйца на практике не стоящее мировоззрение обязательно вот еще затем сметет все на своем пути впрямь-таки, словно лавина.
Поскольку совершенно уж не может исходить абсолютно никакого добра от светлых идеалов, безоглядно и безрассудно оторванных от всякой почвы.
Нет их еще надо бы для начала всячески апробировать на разных малых группах добровольцев, и только затем (не при помощи силы) предлагать их всему остальному обществу.

Оно-то всегда начисто отторгает от себя буквально всякое новаторство во всем стараясь придерживаться старого и давно уж им всеми вполне этак на деле освоенного.

67
Мысль, не нашедшая для себя никакого места в официальном переустройстве бытия (как то показала практика) либо уносится в совершенно недоступные дали ярчайших светлых идеалов, либо загнивает на корню и к ней обязательно еще притираются всевозможные прохиндеи, стремящиеся силой своей уродующей все и вся демагогии подмять ее под свой личный контроль.
А кроме того неподтвержденная практикой социальная идея вообще ведь работать, попросту нисколько не сможет.
Впрочем, как и всякий чертеж почти тут же вот перенесенный из бумажного формата, в конкретно движущийся, вполне этак вроде бы готовый к работе наскоро собранный механизм.

68
Вот и истинная гуманность изобретателя гильотины оказалась мечом, занесенным над всей французской культурой.
Хоть сбежать было куда, а то уж совсем бы страну обезглавили ярые революционеры.
Россия их свирепый практический опыт не только же повторила, но и значительно преумножила, что нисколько не пошло ей хоть как-то на пользу, как, и всему тому еще довольно-таки мало обустроенному миру.

Но началось все с весьма вот во всем гнилостного перевоплощения светлых христианских идей, в одну лишь явную подпорку всему тому существующему деспотизму, а этого не было, да и не могло быть до тех самых, будто бы новых, куда только более в этическом плане просвещенных времен.

69
В эти новые будто бы более культурные времена явно уж начался «абсцесс старой веры» сопровождающейся искрометно же пламенным перенесением грядущего рая на эту нашу сколь и впрямь грешную землю.
Причем дело ясное, совершиться сему должно было именно так путем самого уж однозначного переворачивания всей той от века и впрямь довольно неприглядно существующей общественной пирамиды.
Да только реальная альтернатива нынешнему житию-бытию, она ведь дело невообразимо так еще далекого будущего.
А потому и рано было чего-либо такому становиться ярчайшим символом нового общественного бытия.
И было оно именно этак собственно сделано, как раз уж ради того, чтобы народ и впрямь ведь доверился этому до чего невероятно слепящему свету в густой подвальной тьме…

Ранее он и не знал ничего иного, кроме своей обыденной канвы, так что особо стараться священникам, возбуждая в нем веру в его только еще некогда грядущее блаженство… попросту не было в том никакой существенной необходимости.
Поскольку времена те были серые и до чего невзрачные, однако просветительством на Руси можно было бы и несколько по-иному ясное дело заняться.
А то от мотыги к самолету можно ведь и в точности с тем же узелком знаний за спиной сколь вот неспешным шагом прошагать, при этом явно еще минуя всякое деятельное учение, как ни к чему хорошему вовсе не ведущее мучение.

70
Да вот уж оно как, повысить весь технический уровень знаний, вытряхнув всю старую веру, то совсем еще не означает усовершенствовать само, как оно есть человеческое сознание.
И главное все ведь едино надо бы лишь разве что оставить ему ту до чего уж аппетитную морковку, которая значит и будет его дожидаться в самом конце пути.
И если не для него самого она окажется, до чего только добропорядочно предназначена, то еще непременно уж для всех его детей и внуков.

Ну а до более чем безрассудного начала всех этих никем в сущности невостребованных преобразований все в России выглядело в точности так, как и всегда ранее в позднем средневековье…
Только лишь надежа батюшка царь и мог дать народу все блага как земные, да так и небесные…
С переменой формы правления ничего существенного нисколько вот не переменилось.

71
Разве что ранее, то самое еще же весьма праведно самодержное государство вовсе так нисколько не догадалось поставить людей на колени не для одного моления Богу, но и для ревностного служения их родному правительству во главе лично с новым «избавителем» с сущих тенет всего былого рабства.
И вот уж чего нам поведал Федор Достоевский в его провидческом романе «Бесы».
«То-есть в том смысле, что чем хуже, тем лучше, я понимаю, понимаю, Варвара Петровна. Это вроде как в религии: чем хуже человеку жить или чем забитее или беднее весь народ, тем упрямее мечтает он о вознаграждении в раю, а если при этом хлопочет еще сто тысяч священников, разжигая мечту и на нее спекулируя, то…»

72
А вот чем, же - это не принцип будущего развитого социализма?
И откуда это он собственно взялся по нашу душу на всем белом свете?
Ведь из ничего, он бы не появился, а значит, и надо было еще его откуда-то явно извлечь!
А между тем все - это искусственно взращенное образование возникло ровным счетом только лишь оттого, что совершенно необъятные знания обо всей этой жизни вполне осознанно ограниченные по неудобным для чьего-либо восторженного восприятия параметрам, зачастую, куда худшая тьма духа, нежели чем самое принципиальное отсутствие каких-либо знаний вообще.

Честность, по определению причин, тех или иных явлений неизбежно потребует осознания всех же факторов, приведших к тем или иным последствиям, и их (в разноплановом смысле) тяжелым конечным результатам.
При этом важно определить степень ответственности, за какие-либо кем-то совершенные весьма негативные, а тем более противоправные действия, а не рассуждать по принципу, «не прав именно, тот, кто сам во всем виноват».
Поскольку это всегда одна лишь чрезвычайно грязная полуправда.
А между тем всякая истина, сколь во многом она сложнее и объемистее, нежели чем одна только ее сугубо рвотная отрыжка.

73
Во всех случаях жизни всегда непременно есть некая скрытая подоплека вещей и если чрезмерно опасаться измараться в грязи, то тогда непременно испачкаешься в чьей-то невинной крови, а это, пожалуй, нечто гораздо худшее, а вот в особенности, когда за это еще придется расплатиться своею свободой.
Причем раненная гордость и чьи-то оскорбленные амбиции еще вполне могут довести все человечество до ручки двери, за которой нет ничего кроме полного забвения всех наших чувств.
Амбиции такого рода и превращают сегодняшнюю науку в хлыст, яростно подгоняющий впрямь-таки все человечество, словно же скот на бойню атомного или химического пекла новой общемировой войны.

74
Безумно вооружившись, до самой крайности плохо обоснованной логически ненавистью, можно ведь еще сколь запросто спрыгнуть в обрыв чудовищной кретинической глупости весьма последовательно совершая целый ряд никем нисколько так упорядоченно непродуманных действий.
А мир между тем стал, куда намного сложнее и значительно ЧУТЧЕ к любым сигналам, во имя зла или светлейшего (одними лишь яркими своими намерениями) чересчур порой (в одних мыслях) благостного добра.
И сама ведь взаимосвязь между событиями, произошедшими в совершенно различных уголках Земли, стала теперь куда крепче и, кстати, намного вот невероятно серьезнее.
Каждый цивилизованный человек, на сегодняшний день солдат армии, вооруженной до зубов новейшими технологиями.
Да только во зло и погибель людскую, мало ли кто ими еще сможет вновь ведь вполне так по-свойски снова воспользоваться?

75
Вполне однозначно лишь то одно; возможности, они у нас все время довольно безотрадно растут, словно бы на дрожжах, и, несомненно, еще разве что поболее возрастают, а мозг он от этого сам по себе нисколько не увеличивается, как и не усовершенствуется во всем многоликом разнообразии своих самых разносторонних функций.
Современные ученые, попросту говоря, офицеры и генералы всеобъемлющего технического прогресса, правда они воюют не единой армией, а каждый на своем отдельном, отведенном ему лично поле деятельности.
И вот именно для того чтобы серые массы были всем более чем непременно довольны, именно им все время и создают все более и более изощренные развлечения делающие иллюзию, все реальней и реальней.
И чем - это еще явно окажется в своем самом уж конечном итоге?

76
Можно ли будет не в самом отдаленном будущем выдать детям по пульту управления беспилотным самолетом, снабженным камерой слежения и автоматическим оружием, и в точности с тем «храбрым» азартом, они смело станут палить во всякого того, кто политической власти окажется, почему-либо совсем не угоден.
И вот внуки тех, кто сегодня с тем самым деланным ожесточением играют во все те, как правило, разрушительные игры займутся принципиально уж иным развлечением.
А именно совсем так подчистую, они примутся истреблять всю ту чрезмерно размножавшуюся человеческую биомассу.

77
И даже если ничего такого никогда и не будет, то не все ли равно, писатель Ефремов в его книге «Час Быка» был абсолютно же прав, до чего только верно, предвосхитив многие черты будущего 21 столетия.
«Разрыв между нищей жизнью и развлечениями станет тем страшнее, чем сильнее иллюзия. Обеднение и сужение индивидуальной и общественной жизни человека все сильнее расходятся с теми нереальными видениями, какими его отуманивают. Искусственное величие, напряженность, полнота чувств в иллюзиях вызывают расщепление психики между призрачным миром и реальностью жизни».

А это в свою очередь означает весьма так большое обилие всевозможных массовых психозов, а также и религиозных умопомешательств, изощренно направляемых хитрыми гангстерами, в какое-либо им одним нужное русло.
А уж обосновать все свои нехитрые принципы, как и весьма простенькие постулаты им ведь тем более окажется делом нисколько незатруднительным, беря себе на щит как истую и бескомпромиссную правду буквально любой из всех видов существующего нынче фанатизма.

78
Ну а самое свое первоначальное начало все эти «тифозные всполохи» бездумного сектантства неизменно берут как раз от оторванности современного человека, от всех тех более чем естественных для него природных условий.
Надо бы заметить, что даже и у пещерных жителей никогда не наблюдалось этакой скученности, задавленности, проникнутости сущим неверием ни во что же святое.

Отдаление от природы, ведет к сущей олигархии, если не политической, то уж, по меньшей мере, экономической.
Вот кому оно может быть нисколько так непонятно, что, в конце концов, прокормить этакую массу народа станет невозможно и тогда обязательно еще отыщется некто прыткий, юркий и хитрый, кто запросто блеснет мыслью как ЭТО всех взять ДА досыта накормить.

79
Иван Ефремов - это предвидел и под другой планетой имел виду нашу Землю, поскольку она, крутясь вокруг своей оси, движется не только по околосолнечной орбите, но и вместе с Солнцем ведет свой ход по галактической спирали, так что в течение двух тысячелетий, она точно совсем в ином месте непременно окажется.
Вот его слова.
«- Да, мы видели много печального,- согласилась Тивиса,- перебиты все звери, крупные птицы, выловлена рыба, съедобные моллюски и водоросли. Все это пошло в пищу во время катастрофического Века Голода. Погоня за количеством, за дешевизной и массовостью продуктов, без дальновидности, отравила реки, озера и моря. Реки высохли после истребления лесов и сильного испарения водохранилищ электростанций, за ними последовало обмеление и засоление озер».

80
А это и есть именно то, что в конечном итоге останется от всех тех героических усилий человеческого гения до конца так вполне успешно использовать во благо всего человечества то самое, что нам вообще способна подать на стол хлебосольная матушка природа.
Ну а может быть нам пришло время подписать с нею тот давно так назревший мирный договор и раз и навсегда прекратить все эти глупые (от их бесплодности и бездарности) попытки победить ее на бранном поле повсеместной битвы за ее нам полнейшее подчинение, а также и весьма заманчивое скорое ее «УЛУЧШЕНИЕ»?

81
Может кому-то оно пока еще нисколько не ясно, что самое бесповоротное ее нам планомерное порабощение в конечном итоге еще явно окажется именно так пирровой победой над всяческим здравым смыслом.
Раз уж ожесточенная борьба за знания, неизменно вполне доподлинно ее собой и напоминает.
Причем осуществляется все - это людьми с большим, прагматичным и очень уж порою совсем не в меру односторонне переразвитым интеллектом.
Их основная беда - это осатанело зверские амбиции…
Ведь битва зачастую идет отнюдь не только за знания, но и за научные звания, а впрочем, в том числе и за наиболее оригинальные способы выставить самих себя всесильными властителями, а еще главное и победителями «Его Ничтожества» мира живой плоти хитро воспользовавшись всей его буквально неописуемой бессловесностью.

82
Природа всегда, мол, безнадежно слепа, и сколь неизменно глубоко апатична ко всем нашим все возрастающим нуждам бытия, в том самом практически незатронутом наукой ее вполне естественном виде.
Да только не может ли оно быть собственно так, что наши степенные, и до чего уж и впрямь бескомпромиссные ученые мужи попросту вот решили заключить с нею довольно долгосрочное пари на выживание?
Как то попробовал осуществить тот самый небезызвестный молодой человек из рассказа Антона Палыча Чехова «Пари».
И как ведь только, однако, в его голову после сколь так бесконечно долгих мучительных лет раздумий все же сумела протиснуться мысль, что все еще вполне однозначно может пойти явно вот прахом?
Один Бог про то ведает!
Но он действительно пришел именно к этакому во всем верному умозаключению, а потому от его имени Антон Палыч Чехов и написал:
«Ваши книги дали мне мудрость. Все то, что веками создавала неутомимая человеческая мысль, сдавлено в моем черепе в небольшой ком. Я знаю, что я умнее всех вас.
И я презираю ваши книги, презираю все блага мира и мудрость. Все ничтожно, бренно, призрачно и обманчиво, как мираж. Пусть вы горды, мудры и прекрасны, но смерть сотрет вас с лица земли наравне с подпольными мышами, а потомство ваше, история, бессмертие ваших гениев замерзнут или сгорят вместе с земным шаром».

83
Да только те, кому не довелось достаточно долго просидеть, взаперти вовсе вот так не считают!
У них, видите ли, бродит в крови энергия бесшабашного панибратства с Создателем всего сущего, поскольку он у них, как оказывается, в этаком значиться однозначно же ПРЕВЕЛИКОМ долгу…
Мол, он (или она мать природа) сколь многое в прошлом нам еще недодали, так что давай-ка теперича, вполне всерьез всесторонне обдумаем, все значит возможные пути и методы, как уж эту во всем ведь слепую первозданную силу себе в угоду до чего только искусно разом перехитрить.
Мы-то при этом разве что весьма своевременно заставим Создателя всего сущего отдать нам все то, что он от нас сколь долго и своекорыстно скрывал, и в чем фактически вот всегда он нас безрадостно обделял.
А главное тут еще то, что осуществлял он все эти свои безобразия до чего неправедным, можно даже сказать с его стороны абсолютно и безгранично неправым образом действий.

84
НО ВПРОЧЕМ, МОЖНО ПОСМОТРЕТЬ НА ФАКТЫ И С ЧИСТО АТЕИСТИЧЕСЧКОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ, КАК ЭТО ДЕЛАЕТ ВЕЛИКИЙ ПИСАТЕЛЬ ИВАН ЕФРЕМОВ В ЕГО АБСОЛЮТНО БЕСМЕРТНОМ (ВО ВСЕОБЩЕМ ДУХОВНОМ И НАУЧНОМ СМЫСЛЕ) РОМАНЕ «Час быка»
«Лучшие умы были заняты в физике, химии, математике. Шаг за шагом биология и медицина расходились с физико-математическими науками в своем представлении о мире, хотя внешне широко пользовались их методами и аппаратами исследования.
В результате окружающая человека природа и он сам как часть ее предстали перед человечеством как нечто враждебное, долженствующее быть подчиненным временным целям общества.
Ученые забыли, что великое равновесие природы и конструкция организма есть результат исторического пути невообразимой длительности и сложности, в соподчинении и взаимосвязи интегральных частей. Изучение этой сложности, хотя бы в общих чертах, требовало многовековой работы, а земное человечество принялось неосмотрительно и торопливо приспосабливать природу к переходящим утилитарным целям, не считаясь с необходимыми людям биологическими условиями жизни. И человек — наследник мучительного миллиардолетнего пути, пройденного планетой, — как неблагодарный и неразумный сын, принялся растрачивать, переводить в энтропию основной капитал, ему доставшийся: накопленную в биосфере энергию, которая, как взведенная когда-то пружина, послужила для технического прыжка человечества…»

85
Однако этот до чего только стремительный и сколь во многом безоглядный прыжок может еще оказаться в своем конечном итоге именно так преступным шагом в саму же, как она есть неведомо и внезапно разверзшуюся под ногами грядущую неизвестность.
Ведь и этак оно на всем белом свете непременно может еще собственно статься, что коли доведется бедолаге белому медведю лапы свои протянуть вследствие всеобщего глобального потепления…
Поскольку в связи с ним у него попросту никак не останется места под его могучими лапами из-за полного же постепенного исчезновения всякой твердой ледовой поверхности.
А между тем столь неласковая судьба, этого извечного властителя Арктики совершенно неминуемо всех нас затем, так или иначе, еще уж непременно вполне вот всерьез затронет.
Мы именно же составная и ничем, неотделимая часть буквально ото всей остальной природы.
Ну а потому в те критические для нее дни и нам точно также от неурожая и вследствие резких изменений климата (засухи и ураганов) то же самое, что и всему прочему живому, несомненно, еще претерпеть доведется.

86
Иван Ефремов, в который раз грозно предупреждает нас, о том, во что же именно все творимое нами сегодня для наших завтрашних потомков еще вот непременно выльется, и как это именно оно затем воплотиться в сколь подчас беспросветно суровую действительность.
Великий его роман «Час Быка» снизу доверху переполнен всякого рода пророческими предостережениями.
«Вообще истребление любого вида немедленно нарушало миллионолетнее равновесие природы.
В силу избирательной направленности всякого злого дела, которую мы теперь называем Стрелой Аримана, уничтожению подвергались животные и растения - преимущественно красивые, заметные, менее приспособленные к новым условиям жизни. Оставались в основном вредные виды. Иногда они размножались фантастически быстро и буквально заливали волнами своей биомассы огромные пространства. Закон преимущественного выживания вредоносных форм там, где природа неумело коверкалась человеком, постигли на собственном опыте и тормансиане».

87
А тормансиане - это наши с вами не столь уж и отдаленные потомки, если конечно не возьмутся они вовремя за голову.
Причем отсутствие чистого и красивого в окружающей среде, сделает этот мир непросто ужаснее во всех отношениях, но также и сколь ведь непригодным для всякой жизни, что и доказывать, собственно никому нисколько не надо.
И охота на природу само собой еще закончится погоней за полным желудком, а также еще и голой пустыней на месте ранее некогда цветущих садов.
Писатель-фантаст Роберт Силверберг тоже, между прочим, в точности про то же самое нам глаголет в его романе «Прыгуны во времени».
А ведь это совершенно ясно, что кроме уничтожения живой природы будет и явное чрезмерное перенаселение, от которого, скорее всего, будут избавляться самыми варварскими методами.
А вот и конкретный тому пример из этого действительно хорошего романа.
«Что нам нужно, - продолжал он, - это первоклассная чума.
Избирательная, разумеется. Которая уничтожит всех, у кого нет никакой профессии. Которая сократит число нуждающихся в работе на несколько миллиардов за несколько дней. Позволит направить деньги, полученные от налогов, на создание рабочих мест для выживших. А если и это не поможет, то надо начать войну. С какими-нибудь врагами из Крабовидной Туманности!
Все ради патриотизма. Заранее рассчитанную на поражение войну. На растрату пушечного мяса…»

88
Со временем с обычными бактериями и вирусами наши ученые уж как-нибудь справятся, а вот не создаст ли новое тоталитарное общество всевозможные искусственные вирусы для избавления в короткий срок от людской биомассы, заполонившей весь земной шар и практически вытеснившей собой все, что могло бы ее хоть сколько-нибудь еще действительно так пропитать…
…весь этот ее совершенно необъятный и всеядный аппетит?
Кстати, а СПИД, откуда это он собственно взялся?
Очень уж он похож на дешевый способ избавить весь этот мир от миллиарда полтора нисколько ненужных людей третьего мира.

А потому и получается, что отбросы технического прогресса неистово проявляют себя той самой до чего только горькой приправой, буквально низводящей на нет довольно многие его положительные свойства, поскольку они всецело нивелируют все прелести прежней, доселе нормальной жизни.
Ну, так что, как оно значит и вправду оказывается, нам уж вовсе вот не было бы ничего лучшего, нежели чем до сих пор на одних тех (не условных) лошадях кататься.
Ну а бензином все вокруг себя бесконечно при этом сетуя на плохую проходимость дорог нисколько так не отравлять?
Да, только, кто - это станет от нежных удобств ни с того ни сего сразу отказываться?
А между тем этого никто никому и не предлагает!

89
Нам всего-то, что надо так - это найти себе некий иной - альтернативный источник энергии, что, кстати, не столь ведь и трудно, для того надо бы всего-то навсего извилинами, как следует пошевелить и всего делов.
Однако при этом - это должно быть нечто совсем не то, что непременно окажется, куда значительно хуже, нежели чем вся та отрава, что мы и так уже имеем сегодня…
…а то чего доброго вконец чего-либо скверное по нашу вот душу в ближайшем будущем еще так обязательно изобретут лишь бы удовлетворить все эти наши все время явно растущие потребности в дешевой электроэнергии.

Так что оптимизм Ефремова насчет истощения запасов естественных ископаемых может ведь сам себя нисколько и не оправдать.
Раз уж «мудрые» научные деятели всенепременно поднапрягут мозги, чтоб чего только худшее наскоро сварганить, дабы по-прежнему той же скоростью езды без всякого конца и края сколь так весело наслаждаться!
Ефремов «Час Быка»
«Нередко подобная техника становилась непосредственно опасной для жизни. Тысячи переплетений оголенных для дешевизны электрических проводов (тормансиане не знали плотной упаковки энергии в шаровых аккумуляторах) грозили смертью неосторожным. Опасные химикаты щедро и небрежно рассыпались повсюду, входили в производственные процессы, нещадно отравляя людей. К счастью, нехватка горючих ископаемых прекратила дальнейшее загрязнение атмосферы».

90
А у природы между тем везде оголенные провода, да только беспрестанно их рвя люди совсем ничего никак не почувствуют, в точности как и при первичном облучении гамма-излучением.
И это столь и впрямь интересно играть с окружающей нас средой в этакого «подкидного», то мир живой и неживой природы нам каверзную загадку преподнесет, а то мы ему такую головоломку еще зададим…
Ну а затем, скромно потирая руки, и полюбуемся, сумеет ли она или нет, с нею как-нибудь справиться.

А главное, делается все это, как то вполне уж естественно именно во имя всего нынче относительно так благополучно существующего человечества, а ради него и его всенепременного абстрактного блага можно и рискнуть, на кон все поставив, не так ли?

91
Однако, как то заметил Иван Ефремов в его книге «Час Быка» с природой лучше бы не шутить и с ней вот никогда не заигрывать, а то дураком всегда ведь останешься, буквально при же любом раскладе.
Вот они его слова.
«Природа, в которой мы живем и частью которой являемся, формировалась сотни миллионов лет, через историческую смену уравновешенных систем. В ее настоящем виде эта сложность настолько велика и глубока, что мы не можем играть с природой, пользуясь достаточно так ограниченными научными данными. Выигрыш будет очень редок, случаен, а проигрышей - без числа».

Или вот еще там же - причем на точно ту весьма так болезненно животрепещущую тему…
«Природа в развитии своих структур сыграла уже триллионы бросков «игральных костей», а человек гордится самыми первыми пробами, как мудрым экспериментом. На деле их нужно великое множество, чтобы догнать сложность природы и проникнуть в уже решенные ею вопросы».

92
Но зато до чего он сам по себе интересен весь этот извечный процесс научного поиска, всегдашнего беспрестанного выяснения нового и ранее совершенно еще нисколько неведомого, а без экспериментов не бывает результатов, как про то мудро некогда высказался Владимир Ильич, совершив октябрьский переворот «не разбив яйца нельзя сделать омлет».

И вот еще, что - на самом-то деле все - это слишком так схоже с тем недостойным, а куда точнее будет сказать преступным поведением и образом мысли скромного бухгалтера Корейко, который очевидно из одного любопытства попытался проникнуть во внутренности небезызвестного турецкого поданного, и ясно же, им двигали одни только весьма благородные цели.

93
Ему ведь, наверное, всего-то что захотелось так это уж для самого себя уяснить, а чего - это у того припрятано где-то глубоко внутри во имя одних лишь научных изысканий, а «также и всеобъемлющего блага людского».
Это вот сам (Остап Бендер) тут же незамедлительно и подметил.
В предыдущем романе «12 стульев», он, как известно, попал под лошадь, отделавшись при этом одним лишь только легким испугом.
Вот как - это блестяще описано в бессмертном романе «Золотой Теленок» Ильфа и Петрова.
«- Заседание продолжается! - молвил Остап как ни в чем не бывало. - И, как видите, господа присяжные заседатели, лед тронулся. Подзащитный пытался меня убить. Конечно, из детского любопытства. Он просто хотел узнать, что находится у меня внутри».

94
Хищники жаждущие насытиться, заполнив свой желудок пищей, совсем уж не столь они агрессивны.
Ими движет один лишь инстинкт, а не алчная злоба яростного изничтожения всего того, до чего только смогут дотянуться чьи-то длинные лапищи, дабы затем его в виде доблестного трофея в своей личной гостиной на стенку повесить, а тем уж сколь бестолково выпячивая грудь до чего только и впрямь бесцельно гордиться.
Ну и это далеко еще не все!
Автор абсолютно уверен, что некоторые многообещающие научные поиски, а также и те иногда чересчур вот смелые опыты над миллионолетними природными процессами от одного конкретного проломленного черепа, отличаются разве что количественно, но вовсе не качественно.

Причем надо бы тут и то ведь подметить, что речь же идет о сугубо мирных технологиях.
Нам очень даже еще рано играть во всесильных богов.

95
Знания это отнюдь не одна только сила, но и тот сук, на который мы все разом давно уж уселись.

Обрубать то на чем прочно сидишь, дабы всласть насладиться возможностью абсолютно неосуществимого в суровой реальности, полета вверх, то ведь ясное дело вещь в корне противоречащая самым элементарным законам всем нам общеизвестной физики.
Однако зато вот при этом - это вполне постижимо в плане его до чего глубоко прочувственного душевного восприятия именно так самих себя в качестве творцов чего-либо нового на всех просторах видимой и обозримой чьему-либо пытливому взгляду вселенной.

96
А ведь мать природа выверяла каждый свой шаг всякой же биологической активности живых существ, путем многих миллионолетий опытов, подбирая методом проб и ошибок наиболее оптимальный подход к максимально благостному разрешению любых когда-либо и где–либо возникающих, всегдашне уж, несомненно, насущных проблем.
Да только ни с того ни сего вдруг разом нагрянул, словно же снег на голову, «человек неразумный» тот значится самый, что пока еще толком и азбуки не знает в области сколь необъятно широкой - коей является органическая химия многоплановых и разнообразных биологических процессов…
Однако он вполне всерьез одержим этим-то своим совершенно бесстыжим нахальством, будучи сколь этак безгранично грамотным в одном уж своем фанатическом, а иногда еще и фаталистическом невежестве…

97
Ну а наукой в некоем светлом грядущем то, что мы сегодня зовем этим именем, будет уж называться нечто явно совершенно иное.
Буквально все наши познания, пока до чего только поверхностны и схематичны.
Кроме понимания с какой именно скоростью движется поезд из пункта А в пункт Б в детском задачнике нет практически ничего существенного - рано еще малышу собственно знать, что именно движет поездом и почему и зачем оно этак вообще же собственно нужно.

Есть задача, ее надо бы быстро решить, а все что, так или иначе, касается всех последствий однозначно вполне ведь возможного последующего крушения…
Так для этого стрелочники и есть - на них все как всегда списать будет в принципе уж должно и нужно.
И в случае чего, они обязательно отыщутся только-то, безусловно, не при нашей жизни.
Ну а пока суд, да дело можно ведь вполне успешно использовать чистое и светлое добро покуда оно не успело мутировать и стать в том истинно несветлом грядущем, чьим-либо чужим безмерно многовековым злом.

98
Во многом чисто поверхностные наблюдения вполне этак явно поспособствуют более чем полноценному пониманию какого-либо сугубо конечного результата.
Ну а его запросто можно будет до чего надежно на любое «доброе дело» затем пустить, и как окажется оно удобно и благостно добытое искрой разума на великую пользу, затем для самих себя всецело ведь правильно использовать.
Однако истинно понять весь объем всех грядущих последствий вовсе не представляется, хоть сколько-то и вправду действительно возможным…

Ведь сам по себе мыслительный процесс слишком он пока еще медлителен и фактически недвижим в самом конкретном и насущном смысле доподлинно так спешного переосмысления всех нынче существующих правил и канонов нашего вполне житейского существования.
И в то же время в результате обнаружения всевозможных новых свойств физических и химических процессов возникли весьма так существенные сдвиги в области осознания всех имеющихся возможностей самых «положительных перемен».
Причем сколь ведь стремителен весь их неудержимо бурный поток…
А между тем улучшив калорийность и урожайность многих продуктов, в конце концов, можно дожить и до тех времен, когда в роддомах начнут появляться младенцы с членом посередине лба и это совсем не смешно.
А все потому что, поняв одни лишь заглавные буквы, и даже еще вовсе так не научившись толком слагать из них идеально правильно произносимые звуки, некий властитель своего, пока еще совсем не в меру невежественного интеллекта явно вот вознамерился стать Архимедом, в области живого, а не изначально же мертвого вещества.

99
А раз уж он возомнил, что у него (как оказывается) есть ведь то самое всесторонне развитое сознание, ну а кроме того и двухсотлетний опыт всевозможнейших экспериментов его коллег…
И вот уж из всего того само собой следует, что он попросту обязан все чего еще окажется возможным именно же по-своему буквально так наскоро переиначить.
Причем совсем не иначе, а только лишь потому, что - это всенепременно даст хороший и весьма «положительный» долгоиграющий эффект.

И кстати насчет букваря - это никакое не преувеличение, а самая что ни на есть истинная правда!
Жизнь штука чрезвычайно сложная, и ее изученность всей современной биологией вполне этак можно сравнить с познаниями простого водителя, столь уж хорошо умеющего водить машину, однако ничего при этом толком не сведущего в том наиболее главном… а именно по какому принципу, она вообще была кем-либо собрана в то единое целое, чем он, грубо говоря, привык повседневно и обыденно пользовался в свое сколь большое, а то и щенячье удовольствие.

100
Уж ясное дело, что все (за редким исключением) инженерные расчеты, они явно превыше всех его примитивных навыков, почти что полностью же заключающихся в одном только умении лихо туда-сюда крутить баранку.
Сунул руку, включил зажигание и вот на тебе преспокойно поехал.
Да и это еще не все!
Он ведь ребята вполне может полностью овладеть всеми специфическими навыками, до конца проведав, как это именно ему надобно будет разбирать свое авто до самых мелких его деталей, а затем из самых разрозненных частей заново собирать его обратно - возможно, что с мелкими (но несущественными) изменениями в его конструкции.

И уж совершенно в точности ведая, куда и чего ему надо будет затем еще чего-то там привинтить, он, конечно, добьется весьма существенных успехов, поскольку, будучи более-менее правильно собрана эта машина действительно будет вполне уж как надо сносно работать.
Ну а допустим, что этакий «Кулибин» не получивший никакого должного высшего образования, захочет внести довольно серьезные и, кстати говоря, донельзя, вот произвольные изменения в конструкцию своего автомобиля, а затем и выедет он на ней до чего этак по-заправски на трассу…
И кто это тогда вообще поручится за жизнь людей, что ему непременно там еще встретятся на пути?

101
Ну а если кто и впрямь почитает себя за непризнанного гения, то тогда пусть отправляется он на какой-нибудь отдаленный остров Моро, а там и творит все свои чудо эксперименты, а еще лучше бы не было, чем на Луне и создать этакую законсервированную станцию для всякого рода подобных чрезвычайно СМЕЛЫХ опытов.

Да, уж конечно, и в большом мире вполне возможно одну бедную овечку Долли действительно вот смело клонировать, и то будет явный прорыв в науке, ну а затем, ее мясо попросту препарировать, и в виде тушки сдать в музей все это надо сказать - абсолютно нормально.
Какие тут могут быть возражения!
Зачем это собственно маяться дурью, ложась на пути гигантского колеса технического прогресса?
Да только вывести их целое стадо, чтобы затем продавать их генетически измененное мясо в каждом отдельном супермаркете?!
Именно это и есть дичайшая дикость самоуверенного, недалекого ума, а кроме того еще и величайшее преступление против всех же поистине живых людей!

102
Ну а выращивать генетически измененные злаки тоже, быть может (кто знает) немногим меньшее преступление, к сожалению, уж во всем доступное на наш сегодняшний день.
А между тем любые наши шаги надо бы самым тщательнейшим образом досконально выверять, дабы вполне полноценно разведать все их возможное влияние, пользуясь самыми малыми масштабами, поскольку в большом всеобъемлющем смысле все то наскоро сотворенное нашими неумелыми руками еще запросто может (в свое время) снести всем нам голову…
Мы на минном поле и всякое открытие, сулящее самые невероятные блага, вполне еще может обернуться истинно вселенской катастрофой…
Причем в отличие от ядерного оружия нечто подобное может быть применено в сугубо мирных целых, да только его далекие отголоски могут иметь вовсе так не меньшие последствия, нежели чем взрыв водородной бомбы…
Этого зверя еще никто не пробовал выпустить из клетки для самого незамедлительного разрешения любых давно назревших политических вопросов, поскольку последствия слишком уж они на деле действительно так заранее вполне вот предсказуемые…

103
С тем, же что великой радостью сегодня используется в сугубо мирных целях, все ведь ясное дело обстоит совершенно иначе…
Мы вот нынче агрессивно приручаем невероятно таинственные силы природы, пытаясь разом разрубить Гордеев узел всевозможнейших неисчислимых загадок вселенной, а тем и заставить ее послужить всем нашим теперешним нуждам.
Да только мир этот вовсе не так прост, как он кажется…
И надо бы знать, что, не обладая знаниями обо всех свойствах и возможностях дикого зверя, ни один даже и самый смелый и опытный дрессировщик попросту не посмеет, зайти к нему в клетку.

Большущая смелость «укротителей» генетиков она ведь самым естественным образом проистекает лишь оттого весьма немаловажного обстоятельства, что их зверь, пока еще проявляет свою безнадежно полнейшую пассивность а, кроме того никогда ранее он никого пока не кусал за всякие мягкие части его тела.

104
Поскольку то вполне ведь очевидно - никому уж он до сих пор на всем белом свете и на глаза еще нисколько не попадался.
Зверь - тот новый, своими руками выращенный, да только может он еще оказаться, исключительно так пострашнее товарища Шарикова с маузером наперевес.
Ну а что и вправду касаемо той самим вот временем выверенной селекции видов, то уж она явно отличается от всяких сомнительных генетических опытов, в точно той же манере, как и ношение драгоценных камней до самой крайности разнится от надевания на себя радиоактивных изотопов.
Они, между прочим, тоже вот в полутьме очень ярко и весьма привлекательно светятся.

105
Человек крайне так до сих пор наивно рассуждает, примерно в том самом духе, что все то, что попросту, пока никак недоступно его взору совершенно же нисколько не существует.
И все это от одной более чем неимоверной глубины до чего простодушного, словно само святое неведение вездесущего и всезнающего невежества.
А между тем логики природы создавшей, то или иное свое детище ученые так до сих пор и не ведают, а уж в особенности в действительно так самом всеобъемлющем его объеме.

Основным достижением современной науки является одно же отлично вызубренное умение чего-то явно вот разглядеть в самых общих его чертах, дав ему сколь основательное и наиболее подробное описание.
Ну а также наука еще и обладает способностью установить причину, следствие, а плюс к тому и определить конечный результат всех произошедших довольно-таки долговременных с чем-либо изменений.
Да только всего этого явно еще недостаточно, для того чтоб хоть как-то быть в том уверенным, что некое серьезное изменение во всегдашне существующем порядке вещей вовсе не приведет нас в дальнейшем к самым тяжелейшим последствиям.

106
Попросту потому что для того чтобы без опаски чего-либо менять, надо бы понять всю предысторию, не самого по себе вдруг возникшего процесса, да и хорошенько разобраться, как, он на самом деле взаимодействует с другими вполне возможно на первый взгляд совершенно ничего незнающими факторами.
Ведь уж почти абсолютно про то, не ведая, где - это в колоде шваль, а где козырный туз, ну как - это вообще возможно до того додуматься…
Как - это вообще кому-то в голову могла заскочить этакая шальная мысль усесться же напротив карточного стола, где делаются весьма крупные, можно сказать фатальные ставки?

107
Зачем - это вообще нужны подобного рода сравнения?
Других уж простите, нет - современная наука буквально сплошь погрязла в ею самой и созданных, и этак-то изрядно ею друг к другу подогнанных суевериях и главное верит она во все эти свои многообещающие и многое объясняющие теории, словно же, как все малые дети в сказки…
Эта чудовищная грубость есть непреложный факт без всяких прикрас запечатлевший истинный этап сегодняшнего развития науки.
Поскольку очень так она нынче скована схоластикой, и все ее предпосылки непременно основаны на уже действительно оправдавших свои надежды предположениях.

А между тем этот мир он вполне однозначно более многолик и необъятен, нежели чем наши, пока еще весьма скромные возможности могут в нем действительно же охватить…
…а потому человек и не может считать себя знающим об этом мире даже и самую малую толику…
Акромя разве что самых основных, внешних его параметров.

108
Ведь и этакая с виду простая вещь, как запечатленная во времени медленно разворачивающаяся перед нашим взором картина эволюции вселенной…
…и все ж таки автору этих строк буквально нигде нисколько не попадалось того сколь незамысловатого рассуждения…
Вот будто бы и впрямь никому неизвестно, что до ближайшего от нас квазара (миллиард?) световых лет, а куда ближе располагаются радиогалактики.
Ну а совсем недалече от нас по тем самым невероятно громадным меркам находятся галактики с активным ядром.
В то время как Туманность Андромеды и оба Магеллановых облака точно такие же галактики, как и наша собственная.
И то совсем не праздный вопрос, а не видят ли обитатели отдаленных от нас на миллиарды световых лет миров на месте нашей галактики тот же квазар, а те, что соответственно ближе - поэтапно радиогалактику и так далее?

109
Причем надо бы заметить, что обычные давно изученные нами законы физики действительны для самых ближайших звезд, а на свет далеких звездных островов в невероятно широкой вселенной вполне могут повлиять и факторы еще совершенно нами, пока неопознанные и неоткрытые.
Ну а потому пресловутое красное свечение вовсе не обязательно свидетельствует о разбегании гигантских звездных систем…
Может быть, со временем уж окажется даже и так, что ближайшие к нам квазары попросту «проглядывают» сквозь некие неевклидовы сочленения вселенной, а общий возраст всех галактик примерно 17 миллиардов лет.

А впрочем, все это слишком вольные и совершенно не научные допущения…
Однако сам по себе факт вполне возможно именно таковой логической последовательности развития всего нами наблюдаемого мироздания однозначно уж, как говориться прямо-таки на лицо.
И если ученые и этого пока еще для себя нисколько не уяснили, то куда им тогда впрягаться в процесс изменения «к лучшему» всей этой нашей пресловутой «окружающей среды».

110
И совсем так нельзя глядеть на что-то нами до сих пор еще нисколько не завоеванное, как на нечто в ближайшем будущем нам явно вот всецело подвластное…
Природа вовсе не играет с нами краплеными картами, которые нам только-то и надо бы хорошенько распознать, дабы разом вывести ее на чистую воду.
Нам давно следовало бы призадуматься, о том самом более чем естественном положении вещей…
Поскольку так уж оно, в сущности, неизменно выходит, что если еще изначально нисколько вот совсем не ведая самой сути карт мельком взглянуть на туза, то он запросто может еще показаться швалью, а шестерка козырем.
90 процентов генома в мусорный бачок отправить то ведь дело вовсе нехитрое…
Однако главный начальник и в нашем макромире довольно-таки частенько фигура малоподвижная, да и в шахматах только пешки туда-сюда по доске прытко бегают…

111
Ну а всевозможных теорий, о том, чего это именно есть то самое наиболее главное, и где оно в точности расположено можно поразвести самое великое множество, да даже при этом и подвести под все эти свои досужие рассуждения практически полностью доказанную базу.
Причем надо так прямо сказать во всем ведь основанную на абсолютно точных и тщательно выверенных научных данных.
Ну а в конечном итоге все это еще окажется произвольно объеденными в некое единое целое частными случаями, вовсе-то исключительно иного белкового механизма.
И кстати вот уж еще, что вследствие всяческих близоруких новаторств (только лишь поначалу) может прийти совершенно ведь небывалый, безумный успех…
Да только почему это так много везунчиков, в конце концов, покидают казино совсем без штанов?
Наверное, полоса везения когда-нибудь, да обязательно же заканчивается.

112
Именно так!
В карточной игре, где почти все зависит от одного случая, а вовсе не от прочно обоснованной системы может и впрямь поначалу без всякой же меры, безусловно, повезти.
И буквально все у нас будет более чем наглядно и исключительно великолепно.
Да вот уж беда так беда все это подобным образом будет разве что лишь до поры до времени.
Ну а затем грянет гром, и вот тогда откреститься от всего до тех пор нами содеянного окажется слишком же чересчур не в меру поздновато.
И все дело тут сугубо в том, что в любом событии или развитии чего бы то ни было важен вовсе не тот совершенно незамедлительный эффект, а конечный и долговременный результат.

113
Причем, для того чтоб он мог еще иметь свое исключительно законное место и время, нужен был тот самый тщательно продуманный план действий.
А как его собственно можно составить, раз на карте познания есть еще столько вполне достоверных белых пятен, куда до сих пор еще не ступала нога ни одного, пожалуй, что несколько порой даже и чрезмерно любознательного сегодняшнего ученого?
Ну а его куда более осведомленного завтрашнего коллегу ни о чем этаком пока еще попросту и не спросишь.

А между тем менять чего бы то ни было надо бы с самой крайней при том осторожностью и весьма существенной же опаской.
Ведь затем вновь попытаться чего-нибудь этакое наскоро переправить, в случае довольно серьезного сбоя в сложнейших механизмах управляющих нашим всеобщим повседневным существованием…

114
Вовсе не стоит активно же вмешиваться во что-либо из того, что загодя было выверено не нами, а долгими миллионолетиями оно сколь вот медленно подгонялось ради осуществления самых обыденных и определенных функций во имя всеобщего нашего физического жития-бытия…
Ну а тем более вовсе не стоит, сунув свой длинный нос, этак-то значит туда, куда - это совершенно, пока еще совершенно не следует… …затем агрессивно пытаться чего-либо срочно сразу по-своему более умно его подогнать и во всем переделать.
Причем это, скорее всего и окажется, еще, куда большим безумством…
Один раз ненароком сев в лужу, снова вот опять лезть на рожон, в который раз пытаясь обыграть природу в покер, там, где у нее все карты мечены, буквально-таки затерты до дыр.

115
Уж когда раскроет она все свои козыри мы-то точно тогда непременно останемся все как один в дураках!
Но то вот естественно, что нынче так вовсе неважно, поскольку жизнь, это именно то, что происходит здесь и сейчас, ну а до далекого будущего нам еще жить, да жить.
А если вдруг, чего-либо и станет нам совершенно безнадежно непонятно, а также и сколь безмерно неприятно…
Ну, а тогда мы попросту разом создадим большой и дружный коллектив, и этак-то вновь вооружившись микроскопом, всем значит скопом, навалимся на все те же беспомощные и бессловесные клетки, а тем уж избавим весь этот мир от всех тех его весьма ведь вредных для нас проявлений.
В точности как о том пишет Джон Уиндем в его книге «День триффидов»
«Да у нас же все ресурсы мира, - возразила Джозелла. - Только иди и бери.
- Материальные - да. Но умственных нет. Тут нужна группа, группа экспериментаторов, которые все свое время отдавали бы проблеме, как разделаться с триффидами раз и навсегда. Что-то можно было бы сделать, я уверен. Какой-нибудь избирательный гербицид. Синтезировать необходимые гормоны, которые вызывали бы у триффидов состояние биологической неустойчивости… только у триффидов, не задевая ничего другого. Это было бы возможно, если сосредоточить на таком деле достаточно мозговых мощностей…»

116
Но их нужно бы теперь уже собирать и вовсе не затем, чтобы всему человечеству в который раз до всяких «великих свершений» его и без того ничем ненасытный аппетит однозначно так слепо поболее еще растравлять.
И, почему - это собственно, вконец изменившаяся природа, должна будет стать за всех нас собственно крайней?
Да и как бы это только при этаком исключительно трагическом процессе борьбы со всеми последствиями человеческой безответственной умственной деятельности… уж чего худшего враз затем еще враз не возникло?
А то ведь предстанет пред нашим взором куда явно более жуткое диво… то есть нечто такое, что не увидишь даже и в самом страшном босховском кошмаре.

117
Но логика, что до чего только призывно зовет на совершенно неизбежную яростную борьбу очень так она на деле железная, причем та же она, что и при борьбе с той самой первичной, естественной природой.
Уж до чего бескомпромиссно и главное беззастенчиво нарочито и была она выкована в кузнице великих идей умниками все еще мыслящими понятиями пещерного человека.
А он-то точно был пока еще слишком далек от самой мысли переделать весь этот мир, а только неизменно так он стремился переиначить по-своему всю среду своего самого так непосредственного обитания.
Что впрочем, нисколько не помешало ему съесть же все то, что более всего показалось ему максимально удобным для своего употребления в пищу, а именно довелось ему истребить очень многих наиболее крупных млекопитающих из-за одного своего безмерно алчного аппетита.

118
Ну а сегодня все его возможности совершенно непомерно возросли, а мозги в целом остались все теми же, что и были некогда прежде.
Возрожденная дикость правит бал, потому как Бога нет, а потому и бояться, нам, стало быть, уже вовсе-то более некого.
Ведь этак оно неизменно окажется, куда вот полегче найти себе кого-то однозначно во всем крайнего, ну а на нем вдосталь и отыграться за все эти наши прошлые обиды, да несчастья.

И, по мнению автора этих строк люди в данный момент, если чего и хотят, так это разве что отплатить природе той же монетой за все неудобства, которые та причинила уже после того, как человек окончательно осознал себя самостоятельным и совершенно независимым от всех ее еще испокон веков ему привычных прихотей.
Как будто сегодня в этом вопросе, хоть чего-то и вправду сдвинулось с той еще и впрямь изначальной мертвой точки.
Да нет, вовсе уж ничего не сдвинулось, только природу мы до чего значительно подвинули в сторону, а как были мы всецело в ее власти так до сих пор, там же по сей день и остались.

119
Причем - это именно слепые, инстинктивные амбиции и играют наиболее главенствующую роль в самом максимальном освоении всего того что бегло, как и внезапно пред всеми нами приоткрывается в свете ослепительно ярких новых возможностей.
И в нас сегодняшних полностью отсутствует всякое, хоть сколько-то полноценное осознание всего того, а чем это все творимое нами сегодня еще когда-нибудь нашим потомкам непременно так обернется своей буквально явственной же изнанкой.
И, кстати произойти нечто подобное может в принципе и в том довольно-таки недалеком, вполне из нашего сегодняшнего дня обозримом, как и мрачном, словно туча беспросветно темном грядущем.
Однако сама реальность подобных грядущих событий попросту совершенно невообразима!
Действительно вроде, как и не о чем нам более - далее уже беспокоиться - все ведь теперь только в наших руках!
Однако новые штаммы гриппа и СПИД – это, скорее всего еще самое начало, а в будущем от самых различных эпидемий могут умереть многие и многие миллиарды живых людей.

120
Природа она очень даже мудра своей мудростью, а потому просто-напросто сотрет она нас с лица земли, как безмерно вредный для всей же извечно цветущей жизни фактор.
И мы-то сами ей в этом деле очень уж явно так еще подсобим, однако вполне может быть, что и явно перестараемся!
Для действительно чего-нибудь истинно целесообразного длани у нас пока слишком так коротки, хотя когда-то у наших далеких предков полуобезьян, они были до чего гораздо длиннее.
Однако все вот едино…
И буквально все достижения современного человечества - это не более чем успехи малыша научившегося, кидать камушки в сущую безбрежность бескрайнего моря своего глобального незнания обо всем беспредельно нас окружающем мире.

Конечно, по кругам, остающимся на воде вполне можно судить обо всех основных его свойствах и качествах, однако нисколько так и не более того.
А между тем, прежде чем ставить на колени вселенную, заставляя ее подчиниться всей же нашей всеобъемлющей, суровой воле, надо бы для начала укоротить руки, а если надо и голову всем тем, кому попросту же охота, идя в ногу со временем, непременно еще потравить всех крыс в погребе старого, грязного мира.
Может уж для начала им самим надо, хоть сколько-то стоящий человекообразный облик приобрести, ну а только затем…?

121
Причем речь тут вовсе ведь не идет о чисто внешних душевных проявлениях и, кстати, весьма сказочно добрых сердечных намерениях, а о том наиболее главном, что неизменно отличает человека от всякого дикого животного.
В области практической логики - это, прежде всего, именно так способность мыслить абстрактными понятиями, и при этом еще уметь выходить за всякие рамки самой насущной конкретики…
Человека сколь многое сформировало, а потому и следует понять всю его душу в целом, а не только-то брать в самое пристальное внимание все то, что более всего в нем совершенно неизменно отчаянно раздражает…

И уж тем более оно так, коли все это, в принципе касаемо вполне ведь полностью донельзя очевидного отсутствия добра, а не чьего-либо и впрямь открытого зла.
И в этаком случае вовсе нет, да и не может быть ничего более важного, нежели чем самое прямое осознание того, что не столь мало раковых опухолей изначально носят именно доброкачественный характер, а их перерождение зачастую связано с самым полным пренебрежением к их вящей потенциальной угрозе.
Как то еще без малого две тысячи лет назад подметил римский философ Сенека
«Всякое зло легко подавить в зародыше».

122
Ну а, перенося нечто подобное в некие абсолютно иные рамки можно полностью, уяснить, что вовсе оно не иначе, а запускать любые проблемы, социальные, научные, экономические - люди нисколько не перестанут до тех самых пор, покуда не научатся, они жить разумом, а не одними сплошными эмоциями и амбициями.
Поскольку сколь еще много на этом свете людей, что этого делать совершенно не желают, а главное никак и не думают, они этому, хоть сколько-то научиться.

И вот, в конечном итоге именно оттого, и попадают они впросак, в тех вполне ведь возможно, что очень этак даже непростых ситуациях, когда им должно было, буквально все, неспешно обдумав преспокойно решить дело миром.

123
И кстати, самая опасная вражда на наш сегодняшний день – это как раз и есть отсутствие всякой полноценной согласованности в научной среде.
Хватает ведь и таких «великих деятелей сподвижников», что рьяно ищут новое, а для того и роются в мусорной куче (исключительно же для них) загадок природы…
…и главное только затем, дабы оставить после себя весьма существенный след на пыльной дороге мировой славы.

Однако уж в том, что абсолютно все их действия относительно безвредны как для нас их современников (да и для всего того еще лишь относительно грядущего человечества)…
Как бы это всем нам в самом скором времени не разочароваться во всех достоинствах и преимуществах технически оснащенного бытия…
Пока чудовищная засуха коснулась одной лишь Сирии - это однозначно чисто вот локальная проблема, а что будет, когда она таковою быть совершенно же перестанет?

124
Нет, конечно, все мы как один будем сколь неистово бороться со всеми теми вполне разом назревшими неприятностями…
Однако – это само собой означает, что для начала создадутся все явные предпосылки для всех последующих вредных мутаций в биосфере, ну а затем и будут собраны все научные силы ради того, дабы их благотворно (ничего иного не задев), извести значит, под самый же корень.

Однако вот добиться всего этого более чем естественным образом, несомненно, полагалось одним-то явным путем «куда более умелого»… дополнительного вмешательства…
И так до самого полного умопомешательства на почве совершенно иссушающей мозг жары.

125
Конечно, и среди людей, когда-либо в прошлом имевших власть, тоже ведь вполне так хватало истинных кретинов и чудовищных самодуров, таких например как тот же древнегреческий царь Архелай, который приказал высечь Эгейское море за то, что оно поглотило в своих пучинах его торговые корабли.
Или, к еще лучшему примеру, император Калигула, который, как известно, вывел своего коня в люди, сделав его сенатором.
Однако подобные вещи вполне возможно соотнести к одним лишь историческим курьезам и вовсе-то не более того.

В принципе, все деяния государственных мужей крайне недолговечны, и в веках им суждено оставаться одними только именами собственными в прикладных учебниках школьной истории.
Однако вот с нашими нынешними технологиями этак оно далее нисколько не будет, раз основаны они на новейших научных разработках, а потому и все ведь может оказаться очень этак даже совершенно иначе.

126
К тому же все однозначно новое в психологии человека поднимает на самый верх все в нем прежнее и прочно навек уже устоявшееся.
В прошлом - это привело к возникновению злющей тирании на обломках самой первой на всем белом свете римской республики.
Ну а в довольно-таки недалеком грядущем на грязной и загаженной, словно сточная канава Земле, еще ведь запросто будет возможна столь чудовищная диктатура, при коей еще вероятно придется существовать поколениям, что придут в этот мир вслед за нашим неразумным племенем баловней совершенно неудержимого технического прогресса.
Чтение мыслей, в конце концов, явно окажется делом вполне доступным, а значит преследовать крамолу, можно будет и там, где она совсем уж полностью так внутри затаилась…

127
Причем - то попросту нисколько неизбежно, что в условиях зловонно вопиющей нищеты, никакая демократия сохраниться вовсе ведь тогда совершенно не сможет!
Так что нечто подобное в грядущей действительности еще может и впрямь о же произойти, а в том числе и по причине полнейшего истощения всей имеющейся на этой земле, пока еще хоть сколько-то кряхтя, питающей нас биосферы.

Кто-то, конечно, вполне резонно скажет, что этого попросту не может быть никогда, и лишь оттого, что люди пусть и очень они донельзя беспечны…
Да только коли воочию они ощутят, что трон царя природы вот-вот сам собой под ними непременно вскоре возгорится, синим пламенем…
…ясное дело, что тут же они с него сразу привскочат и зададут жару, начав в самом бешеном темпе тушить ими самими сколь задолго до этого бесцельно и нелепо спровоцированный пожар.

128
Что правда, то правда, еще как только сразу привскочат, однако сам по себе процесс тушения вполне еще может оказаться самым наихудшим из всех видов более чем явственного разрушения всего того, что и так до сей поры лишь с трудом, да и то вовсе ведь невзначай до тех пор, хоть сколько-то уцелело.
Вот уж оно как!
Тушили, тушили, а в результате совершенно нелепого применения того самого наспех придуманного, совсем ведь второпях освоенного «лекарства»…
В конечном итоге все порожденные им новые беды в единый миг окажутся значительно хуже всей той прежней, еще изначально довольно тяжело протекающей болезни всей-то как она есть нашей земной биосферы.
А человек он ведь самая неотъемлемая ее живая часть!

129
И главное все - это от одной самой полнейшей необдуманности, беготни и спешки в погоне за самой спешной панацеей, несомненно, способной совершенно незамедлительно избавить всех и вся от внезапно пришедших из неоткуда по нашу душу бед и несчастий, а главное еще и в общемировом масштабе!
А все потому, что для продуманных и вполне предсказуемых (во всех их грядущих последствиях) действий, несомненно, понадобятся долгие десятилетия тщательнейшей подготовки.
И не за то мама била, что играл, а за то, что дурак отыгрывался.

И не иначе как именно, этак оно и случиться со всесильной матушкой природой.
Ну а надлежащим поводом для ее сколь суровой порки еще непременно окажется вся эта наша новейшая техническая оснащенность.
Попросту этак само оно еще уж некогда выйдет, что на самом-то деле была она лишь весьма заманчивым кусочком сыра в исключительно гигантской, словно весь этот мир внезапно вот сразу захлопнувшейся мышеловке.

130
До чего порой взыскательная мать природа - возьмет с нас сколь немалую мзду за ту безбожно предосудительную попытку именно на ней снова еще раз отыграться.
Вслед за тем на тот момент времени бездумно причиненным ее «необъятным ресурсам» весьма трагическим ущербом вовсе этак не стоило бы продолжать ту же игру только по новым правилам.
Автор при этом вовсе тут не имеет в виду технологии, которыми мы уже владеем сегодня, а прежде всего технологии самого ближайшего будущего.

И ведь не то чтобы пишущий данные строки был, хоть в какой-либо мере действительно же специалистом в области точных или тем более естественных наук…
Однако, чисто теоретизируя, как уж и зная саму суть человеческой природы, вполне можно предположить, что, в конце-то концов, непременно будет осуществлено нечто такое, что на самое короткое время весьма чудодейственным образом исправит всецело на тот момент времени, несомненно, бедственное положение вещей.
Зато уж затем станет, куда хуже, совсем небо в овчинку…

131
А ведь все это, только потому, что паника она наиболее наихудший советчик в те времена, когда может спасти одна лишь холодная, как и крайне жесткая логика.
Как, то в принципе видится автору - то должна быть некая явная и незамедлительная конденсация парниковых газов в пределах всей земной атмосферы.
Или скажем так, ее чудовищное засорение защищающими нас от солнечных лучей аэрозолями…
Вне всяких сомнений, то будут вещи на первый взгляд, безусловно, полезные, и крайне на тот момент насущные, но ведь на самом деле исключительно так жутко опасные в их хоть сколько-то долгосрочной перспективе!

132
Да только кто - это вполне всерьез станет о чем-либо подобном более чем безосновательно рассуждать и весьма конкретно о том самом грозном грядущем хоть сколько-то на деле действительно призадумываться…
Хотя давно бы пора совсем не на шутку обеспокоиться одной только насущной проблемой самой действенной локализации всех последствий ущерба уже нанесенного нами природе…
Причем произойти сему должно вовсе не в связи с тем, что нами было на этой земле до сих пор ненароком содеяно…
Наше ближайшее будущее вот он тот крест, который неминуемо еще придется нести нашим не столь отдаленным потомкам…
Нет, уж нам надо непременно сейчас начать о том самом действительно соображать, чего - это именно может случиться, если от лютых холодов, голода, а также и совершенно невыносимой жары погибнут миллионы и миллионы людей.
Да еще ведь на этот раз из вполне вот доселе благополучных районов мира?

133
Может, все-таки стоило бы именно сегодня загодя принять, хоть какие-то серьезные меры, не ожидая всех тех завтрашних до чего только внезапно нахлынувших бедствий?
Все же сама жизнь будущих поколений, куда поважнее всех сегодняшних наших удобств?
Человек, что, правда, то, правда, чересчур эгоистичен, ну а большие беды делают его эгоистичным вдвойне, а то и втройне.
А все-таки если тех исключительно сложных ситуаций в жизни человека было не так уж действительно много, он нисколько тогда ведь не станет, совершенно бесчувственным и мерцающе-бледным, словно глубоководная рыба.

Но зато сам он может о том вовсе и не догадываясь представлять-то из себя того самого обитателя кораллового рифа, чья жизнь всецело зависит от каких-то нескольких градусов перепада температур.
На этом свете вообще уж есть действительно много вовсе еще неясного и нисколько непонятного, да и крайне запутанного, что просто голова кругом идет от всех этих всевозможных загадок.
Ну а кто-то между тем все чрезвычайно же упрощает, поскольку этак ему живется значительно легче и этот великий праздник в его душе совершенно неистребим.

134
Раз уж кое-кому и впрямь-то сегодня живется, весело и славно, то ведь, исключая чисто теоретическую, математическую погрешность именно таковым его существованию и положено быть буквально всегда и впредь, и никаких гвоздей.
И все, это лишь, оттого что лозунг с солнцем у кого-то ясное дело непременно один вот и тот же.
Однако, несмотря на то, что люди всю свою жизнь живут в глубинах атмосферного океана, они совершенно не смогут сами собой, без всяких к тому внешних причин, этак-то уподобиться тем самым глубоководным тварям, что живут на самом дне другого значительно более плотного океана.

Те существа зачастую питаются именно тем, что на них извечно падает сверху в виде падали.
Например, иногда на дно морей и океанов оседают корабли, а в них обретают свой вечный покой человеческие останки.
Но эта мало завидная участь выпадает далеко не каждому, кто всю свою жизнь бороздит бескрайние водные пространства!
Да только все мы «сухопутные крысы» можем враз утопить и съесть себя сами, причем от одного лишь глупейшего желания блеснуть ярчайшим светом, способным затмить собой даже солнце.

135
Человек он ведь еще издревле смотрел на свое я, именно как на венец великого творения, а потому и хотел он вынуть из рук Бога скипетр власти над всей же, хоть сколько-то видимой ему вселенной.
Однако сейчас - это его желание подкреплено, куда только более конкретными возможностями… вполне однозначно так весьма уж значительно, большими, нежели чем были те, что некогда имелись у древнего людоеда, когда он, делая дырочку в черепе, выпивал через нее мозг.

А между тем уж завтра вот окажется возможным - через малюсенькую щель в черепной коробке, напичкать мозг человека микрочипами для явственного улучшения всех его функций в том, в чем нас явно обделила такая сякая, крайне же скупая на всякую расточительную щедрость, довольно во всем недалекая - матушка природа.
Да только ведь не было у нее в планах создавать из людей суперменов.
Она их сотворила в самой скрупулезной точности с планом реализации поставленной перед их существованием однозначно ведь самой так конкретной задачи, ну а затем во всем дальнейшем непременной утилизации их бренных останков.

136
Однако уж явственнно предполагая, в точности как это делает автор, что людей действительно создал Господь Бог, вполне возможно предположить, что мы получили от него в дар некий тонкий микроскоп, которым по незнанию и невежеству преспокойно колем орехи.

Однако придет же время, и мы узнаем, куда так поболее обо всех великих возможностях нашего тела.
А пока на наш сегодняшний день для нас нет ничего важнее, нежели чем совсем вот не корчить из себя всезнающих и всесильных богов.
Причем - это как раз таки наиболее важно да, кстати, и находится оно совершенно же вне всех теорий и теологий, весьма схоластически распространяющих ту или иную ересь, споря о том, как это именно значит, возник этот бренный мир.

137
Да вот уж и вправду реализовать лишь бы, что разве в том может быть, хоть какая-то существенная проблема?
Это же только предсказать все дальнейшие последствия данного действия, приблизительно, сколько еще столетий у всех нас кишка будет явно тонка?
Как бы суровая мать природа за всякие над собой «мудреные» эксперименты (премного извиняемся за весьма неаппетитное выражение) через свою прямую кишку не отправила бы нас туда, где сегодня, блистая скелетами, пасутся гиганты динозавры.
Уж под чем-либо автор имеет в виду тот самый естествоведческий музей какой-нибудь новой, скажем так, дельфиньей цивилизации.

И именно - это нам может еще и грозит, поскольку перед тем как начать чем-либо управлять, изменяя генетическую структуру даже у одних злаков и овощей, надо бы для начала составить самый подробный план любых, какие в связи с этим окажутся возможны… нежданные и негаданные изменения, во всей окружающей нас природе.
Если уж и не на все сто лет вперед, ну так хотя бы годков на пятьдесят.

138
Вот, например, на дороге - планирует же человек все свои действия заранее, если, конечно, не желает он враз оказаться в деревянном макинтоше.
Есть ведь и такие индивиды, которым долгую, нудную жизнь вытерпеть никак не по силам, ну а хочется им прожить с шиком и блеском жизнь до чего только короткую, но сколь явно яркую.
Может кому-то оно именно этак и надо, однако большинство просто слишком же легко подается всякому задушевному самообману.

В то самое время как реальных опасностей у нас впереди ясное дело хоть отбавляй!
Поскольку на очень широком и пока еще не слишком изъезженном пути технического прогресса, движение туда-сюда оно явно так значительно более оживленное, нежели чем мы о том имеем, хоть какое-либо свое сегодняшнее представление.
И, кстати, чревато оно, истинно чудовищным риском, да и авария тут будет в любом случае не только же поводом для похорон некого одного крайне вот незадачливого неудачника…

139
Трагедия, которая действительно вскоре может затронуть все человечество в целом, совершенно не есть чья-либо личностная проблема, основанная на самом неприглядном неприятии новых техногенно развитых времен.
Причем надо бы заметить, что прошлые достижения вовсе не помеха будущим катаклизмам, поскольку они же возможно одно лишь их вполне так однозначное грядущее преддверье.

А что до тех в геометрической прогрессии все возрастающих и возрастающих возможностей, то они до чего скупо - одноглазо и однобоко хоть в чем-либо касаются нашей самой так доподлинной способности явственного предотвращения всех тех лишь издали назревающих неприятностей.
Зато теперь сколь много внимания уделяется как раз таки пресловутой космической угрозе.
Хотя непременно бы надо заметить, что вот найдя способ внимательно в самой доподлинно наглядной ретроспективе до чего только вдумчиво просмотреть всю историю космических событий за последнее 6 тысяч лет…
Уж вполне тогда можно было бы обнаружить тот невероятно гигантский астероид, с неистовой скоростью пронесшийся мимо нашей планеты…
И что же?
Ни Цезарь, ни египетские фараоны по этому поводу нисколько не всполошились, а вот сегодня явно бы случился ужаснейший переполох.
Хотя вовсе не там предельно внимательно следует же изыскивать истинный источник самой так неминуемой ужасной опасности, а надо бы, куда почаще приглядываться к деяниям своих-то собственных рук.

140
И ведь буквально все наши знания на данный момент времени находятся в очень узких рамках наскоро и наполовину бестолково освоенного цивилизованного опыта.
И ведь ни чем они собственно нам не помогут, когда беда подкрадется с совершенно неожиданной, хотя и вполне так трезвым разумом предполагаемой стороны.
Причем никак нельзя заранее предсказать, как именно все это в точности будет со временем собственно выглядеть!

Зато уж более чем естественно, что никак не иначе, а все это коснется всех нас в единой и общей совокупности.
Причем утопнут в клоаке собственных великих достижений вовсе не тысячи, а сколь многие и многие миллионы людей.

141
Правда, все это еще вполне может кому-либо показаться историей наиболее так подходящей для анекдотов, а не для серьезного и вдумчивого обсуждения.
Ну, вот, к примеру (из истории кораблекрушений) на наш сегодняшний день то явно уже несколько прежнее человечество, оно-то ведь тоже, наверное, построив корабли гигантского водоизмещения, размером с «Титаник» и ему подобные, со всей на то очевидностью Бог весь, что тогда о себе возомнило.
Природа, мол, уж, несомненно, навеки побеждена силами изрядно технически подкованного человеческого интеллекта!
А то между тем был явный просчет и переоценка собственных скромных возможностей как-то вполне доказали все те последующие трагические события!

142
Но то ясное дело было когда-либо вчера, ну а сегодня есть же у нас тот несоизмеримо великий технический потенциал, что еще непременно вскоре дозволит создать могучий Титаник, (не Ноев ковчег) в котором уместится, коли не все человечество, то, по меньшей мере, весьма немалая его часть.

А уж вполне может статься, что все мы сегодня совсем уж вплотную и занялись его совершенно вот непосильным гигантским строительством!
Судоверфь у нас вся наша планета Земля и все живое на ней еще может же сгинуть в гиблых пучинах человеческой глупости, как и всезнающего и двуличного мракобесья.
А если кто и выживет после глобальной экологической катастрофы так еще, вполне может быть, что позавидует он тем, кто почти безболезненно усоп всех их однозначно так ранее.

143
Шапкозакидательские настроения, к чему бы они не относились всегда крайне дорого обходились всем тем пройдохам, что крали у себя, да и у других самый элементарный здравый смысл.
Однако этак оно, куда уж значительно проще жить себе, да поживать посреди совершенно оторванных от всяких невзрачных реалий идеалистических мечтаний.
Однако вовсе так не надо бы строить чрезмерно радужных планов на будущее, а разве что изредка вздыхать о навсегда ушедшем от нас в то самое далекое былое.

И, между прочим, это именно сожаления о том, что некогда было столь безвозвратно утеряно, нам собственно и помогут не совершать точно таких же просчетов в нашем грядущем всеобщем бытии.
Ну а уж в особенности тех, что вполне однозначно еще смогут нас привести к весьма вот конкретным и до чего только печальным последствиям.

144
Само по себе построение воздушных замков во имя некоего неистово ожидаемого светлого будущего не так уж и редко приводит в конечном итоге к сущему демонтажу когда-либо уже воздвигнутого в прошлом и ранее всецело так значит освоенного.
А потому и незачем беспрестанно глаголить о неких беспросветно светлых временах, о них нам и так сколь всерьез проталдычили, как на всем протяжении 19 века, да так уж и в том более чем незабвенном начале 20 столетия.
Ну а чем все - это, для всех нас, в конечном итоге, еще обернулось, знает буквально каждый, кто хоть чего-либо желает об этом собственно знать.

145
Радужные иллюзии, они-то всегда есть самая неотъемлемая часть всякого восприятия человеком всех его близлежащих (в грядущем) перспектив?
С этим, конечно, ничего не поделаешь.
И кстати аморфному общечеловеческому разуму, в принципе свойственно неизменно ведь разбирать за собой рельсы, по которым он смог бы еще отправиться в его столь недолгий обратный путь.
Запасные пути нисколько так не создаются, потому как зачем нам они?
А ведь геомагнитная буря 1859 года может и повториться и на этот раз откажет не только телеграф, но и все то, на что скоропалительно возложила надежды современная техногенная цивилизация.

146
И ведь наиболее насущная проблема всей нашей сегодняшней эпохи в том и состоит, что одной показухи ради, некоторые весьма уж грамотные в науке люди целые горы (чужими руками) свернут.
Да только вот во имя той действительно серьезной защиты от любых неожиданностей, приберегать чего-либо действительно стоящее, попросту не сочтут, они себе этак за труд.
Поскольку никак не воспримут они чего-либо подобное, как нечто для всех нас исключительно важное, нужное и им вполне во всем до конца приличествующее должное.
На наш сегодняшний день у всякого, а в том числе и имеющего самое вот прямое отношение к науке обывателя нет никаких ощутимых воочию знаний о том, а чего - это именно с ним еще может случиться, коли с ним чего-то необычное все ж таки и впрямь произойдет.

В самой вот прямой с этим связи фактически каждый уж может более чем безбоязненно держать в руках оголенный электрический провод, не имея при этом ни малейшего понятия, ни о заземлении, ни о фазе.
Дело - это может быть и поправимое, если ему кто-либо другой (электрик по специальности), чего-то дельное издали намекнет.
Но раз именно этак оно вышло, что у всего человечества попросту нет о чем-либо подобном, хоть каких-то весьма весомых знаний, причем уж основанных именно на реальном практическом опыте, то тогда ясно как Божий день - осанистые представители науки будут к любым угрозам и пророчествам относиться с сущим сарказмом девичьей неопытности.

147
Ну а когда этот самый пресловутый технический прогресс явно породит все свои истинные плоды…
Вот тогда в своих первоначальных естественных условиях живая природа непременно уж станет сущей экзотикой и реликтом, ну а по большей части, и сколь недавно зарытым в сырую землю вовсе не древним ископаемым.
И то, кстати, что недавно до чего радовало глаз, и было, самым наглядным примером наивысших достижений всего человечества вдруг внезапно окажется аморфным, жестяным нутром глиняного колоса всей как она есть современной цивилизации.

Плоды того самого истинно сладостного технического прогресса, в конце концов, явно окажутся до чего только нестерпимо горькими.
А тогда и начнется весь этот повальный град, гром и молнии на светлые головы ученых, поскольку это, их, мол, нечестивых рук дело… ведь это именно ИЗ-ЗА НИХ мы и дожили до такого трагически вопиющего кошмара.
Хотя нисколько вот оно не иначе, а сами же потребители до чего в голос кричали - еще и еще благ и удобств!

148
Нормальная власть, она во имя стада живет, и все его прихоти виляют ей, словно куцым собачьим хвостиком.
Что же до плохой власти, то вот она пред своим народом поросячьим хвостиком завивается, для того собственно и вооружившись всевозможными демагогическими воззваниями, а также еще и донельзя кичливыми лозунгами.

Однако то порою совершенно вот нисколько неважно, какова именно в стране власть.
Раз, в том или ином случае радость умиленного и сладостного потребления, и впрямь-таки ослепляет обывателя прожектором глубочайшего невежества всех тех еще грядущих своих последствий.
А то, что, в конце концов, именно популизм возьмет вверх, когда законсервированная в трехлитровую бутыль природа все ж таки вырвется куда-то наружу, раздувшись от ботулизма человеческих отходов, про то и говорить нисколько не стоит.
Ведь для понимания данного факта вполне так будет достаточно, просто же немного знать массовую людскую психологию.
Вещь – это более чем предсказуемая, и как всегда прежде - злые люди в очередной раз сумеют разыграть успешную партию в покер, шулерски переиграв всех остальных осторожных, вдумчивых и прагматичных.

149
Самое неприглядное лицедейство, весьма так назрело возведенное в принцип буквально всякого общения с народом в точности, как оно было прежде, не в столь отдаленном грядущем вновь вот окажет довольно ощутимое воздействие на психику людей.
Именно оно и подтолкнет их ко вполне заранее предопределенному выбору, кому это им следует отдавать предпочтение, будучи в поисках нового вожака.

Ну а когда в воздухе действительно запахнет паленой резиной вынужденно приостановленного технического прогресса, то тогда этот вопрос и станет уж по-особому и как-то иначе, то быть совершенно не может.
Поскольку равнодушие масс к политике оно ведь пока все относительно благополучно, но вовсе так того нисколько не более…

150
А вот когда все прежнее радостное, и до чего доселе сладостное внезапно станет всем нам сразу поперек горла, то уж тогда и выползет из некоего давно забытого угла некий луддит, что все как надо народу весьма обстоятельно и взвешенно разъяснит.
А под этим-то соусом толпа вполне окажется способна проглотить любые даже и самые жареные факты.

Поскольку тогда, когда почему-либо стало совсем так невмоготу должен вот кто-нибудь, в конце концов, оказаться крайним?!
Из большинства, крайних, как известно, вовсе ведь не изыскивают.
А потому, им и станет именно кто-нибудь из явного меньшинства, имеющий хоть какое-либо пусть и самое косвенное касательство ко всем нынешним серьезным неприятностям.

151
И вот уж тогда вся радость от использования всех этих красочных, новых игрушек, что сегодня подарил нам ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО технический прогресс, вмиг вот сколь, несомненно, померкнет, если скажем летом без термокостюма, нельзя будет и носа наружу же высунуть.

А вся естественная еда будет, невпример всем прошлым временам выращиваться в одних лишь подземных теплицах (или тогда их поневоле переиначат в холодницы), а находится, они будут где-то довольно глубоко под землей.
Да только помидоры, выросшие при искусственном, люминесцентном освещении будут иметь вполне соответствующий люминесцентный привкус.
Да и то есть их доведется довольно-таки явно немногим…

152
А в это самое время природа наверху уж окончательно пожухнет от всей той нелепой и жуткой дряни, что в данный момент весьма так активно переводит собой атмосферу, как и абсолютно нестерпимой лютой жары.
Конечно, все эти выбросы – есть ведь настолько ничтожный процент по отношению ко всеобщему ее объему, что они в чем-либо довольно-таки подобны микроскопической капле в огромную бочку воды.
Однако же и бочку меда в принципе можно испортить одной до чего маленькой ложкой дегтя.

И автор тут говорит не о том, что там уже где-то витает, но прежде всего о том, чем воздух, которым мы дышим, отравят в ближайшие грядущие десятилетия.
Тем более что наиболее активным парниковым газом может стать именно так самый обычный водяной пар.

Конечно, более всего ныне страдают большие океаны и в них уже целые новые материки их наших человеческих отходов.
И вроде бы все это происходит довольно-таки вдали от всяких берегов суши…
Однако, почва, воды океана и атмосфера буквально во всем между собой взаимосвязаны и загрязнение чего-то одного вполне вот однозначно влияет и на все остальное.
Так что, вовсе оно неважно, где это именно сейчас беспрестанно вовсю гадят, да и далее точно также собираются действовать именно в том же собственно духе…
Нет, важно лишь то, что мы очень так многое на нашей планете на данный момент времени успели весьма основательно загадить, и совершенно ведь не собираемся отказываться от своих дьявольски вредных привычек.

153
При этом надо бы еще вот прямиком так заметить, что автор нисколько не ретроград просто все надо бы делать с умом.
Атомные электростанции самый экологически чистый способ добычи электроэнергии и если бы не было той тупой гонки всех видов вооружений, их безопасность вполне можно было бы довести почти что до абсолютного уровня…

Гидроэлектростанции и теплоэлектростанции вот она вселенская экологическая катастрофа…
Однако никак так нельзя строить АЭС в сейсмически опасных местах, а тем более рядом с морем.
Фокусима была построена на самом берегу моря, а ведь Япония вовсе-то не страна в пятнадцать километров шириной, чтоб ее везде мог залить даже и самый гигантский вал цунами.
Попросту японцы проявили свое гигантское легкомыслие, построив свои АЭС на океанских берегах, где им угрожают не только землетрясения, но еще и цунами.

154
Что уж касается Чернобыльской АЭС, то ее ввели в строй с явными недоделками (досрочно), чтобы успеть ко дню рождения дорогого и всеми нами любимого генсека Леонида Ильича Брежнева…
К тому же все опытные специалисты пошли домой спать, а потому все плановые мероприятия и свалились на плечи двух молодых, зеленых специалистов…
Вот и рвануло, а так что вообще собственно может случиться - несколько сот литров воды из системы охлаждения, по причине аварии, ушедшие в соседний со станцией водоем – это, скорее всего совсем ничего такого уж действительно страшного.
Просто форменная неприятность, но и нисколько не более того.
Нет, конечно, никакому вот более чем конкретному человеку вовсе бы не стоило именно не при их самом так непосредственном посредстве каждодневный утренний душ раз за разом затем принимать.

155
Однако современное человечество, похоже, на то, что именно этакий душ как раз и собралось вот принять.
Причем только лишь потому, что стали общедоступными все те ранее и немыслимые новшества, с коих весьма так активным использованием, можно было и несколько повременить.
То есть до того самого времени, пока ума и опыта у нас окажется явно поболее, а потому и все наши действия станут несколько так гораздо осмысленнее…

Нет, то и впрямь непременно возможно, что наши потомки еще действительно смогут за какие-либо с исторической точки зрения, довольно недолгие (как впрочем, и сама человеческая жизнь) полстолетия буквально все после нас весьма так основательно подчистить, а также максимально проветрить, словно помещение вслед за уходом из него курильщика.
Да только они нам за все эти наши сегодняшние жуткие выхлопы, да и все прочие отходы нашей техногенной жизнедеятельности еще ведь спасибо, ой как не скажут – это уж оно как пить дать.

156
Вполне этак будет возможно даже полнейшее уничтожение всей же накопленной до тех пор культуры, в связи с их более чем естественной «непомерной любовью» к нам, их недалеким (в смысле интеллекта) предкам.
Да только вряд ли, что - это пойдет им действительно на пользу.
Но раз уж нельзя вытащить мертвецов из их древних могил, дабы до чего примерно их наказать за все ими некогда содеянное, то уж самой возможности, извести все то, что ими было некогда создано, никто ведь у наших будущих потомков нисколько-то не отымет.
А так между тем и могут же поступить будущие жители планеты Земля в одну лишь явную отместку за все, то жуткое, словно торнадо уничтожение всего же значит того, до чего только смогли дотянуться наши с вами нечестивые руки.

157
А, между прочим, вполне возможны еще и мутации в микрофлоре самым непосредственным образом разбуженные человеческой совершенно бесхозяйственной деятельностью.
Поскольку уж каждодневная жизнедеятельность нашей цивилизации, в самом так надо сказать принципиальном смысле этого слова, создает вокруг себя огромнейшие горы самых отвратительных нечистот.
И если - это не самая наилучшая среда для всякого рода бактерий, то тогда бич средневековья - бубонная чума – это вполне естественное следствие стерильной (словно в операционной) санитарии, царившей, некогда как в обиталищах, да так и общественных местах средневековых городов.

158
Самолеты за считанные дни сумеют разнести всю эту заразу по всему белу свету.
Инкубационный период, то есть то время, пока люди будут чувствовать себя еще ведь по-прежнему совершенно здоровыми, однозначно так может продлиться, куда уж значительно дольше.
Джек Лондон, в своей пророческой книге «Алая чума» отобразил - это примерно же так.
«Прошли вторые сутки, никто не заболел. Мы были, казалось, спасены. Тогда мы еще не знали того, что выяснилось позднее: инкубационный период Алой Чумы длится несколько дней. Поскольку после появления первых симптомов человек умирал очень быстро, то мы предположили, что инкубационный период должен быть коротким. Оттого-то по прошествии двух суток мы и радовались, что никто из нас не заразился.
Но третий день принес разочарование».

А может все-таки у каждого пассажира прибывшего из дальнего рейса брать кровь из пальца, да и мазок из горла, так на всякий случай!
Да только кто это собственно делать будет, раз это, несомненно, выльется в весьма немалую сумму денег!

159
Ну а, кроме того, зачем - это из-за всякой ерунды более чем напрасно беспокоить сколь так многих уважаемых людей, раз в те зачастую до чего только дальние (межконтинентальные) рейсы летают отнюдь ведь не жители нищих негритянских районов Нью-Йорка.
Тут уж скорее, полностью сказывается тот самый весьма так элементарный фактор вящей обыденности хорошо во всем уютно же обустроенного нынешнего бытия.

Ну а это и приводит нас к полнейшей расслабленности от самого по себе наличия радостных, бесконечно благостных удобств и крайне во всем мнимой безопасности… то есть всего того что совершенно не скупясь в общем и целом создает в человеческом сознании тот самый всесильный технический прогресс.
Да только куда чаще он является существенной первопричиной полнейшей так расхалаженности, чем уж сколь большей смекалки по преодолению всех возможных трудностей, коих у матери природы, хоть отбавляй.

160
Вот как пересекаются с авторским ходом мысли логические построения великого русского писателя Ивана Ефремова в его книге «Лезвие Бритвы»
«…и говорили о том, как возможность быстро перебрасываться на далекие расстояния изменила жизнь людей. Перемена в окружающем мире совершалась буквально в считанные часы, и так же поворачивалась жизнь, вынуждая к изменению действий, решений или привычек. Не удивительно, что такие резкие повороты в жизни человека, разрушая весь привычный его уклад, подвергали нервную систему большим напряжениям и требовали прочной психики. А по условиям цивилизованной жизни организм ослабевал, и получался разрыв между требованиями нового и состоянием человека».

Вот ведь оно как, уж коли человек, совершенно так, несомненно, гениально умен, он вот заметит все намечающиеся в мире тенденции еще при самом их только зачатке.
Однако же большинство вовсе так не обратит ни малейшего своего внимания на глас вопиющего в пустыне, пока само не почувствует запах гари.
А значит, и придется еще выжидать, пока люди сами собой вполне всерьез уж не опомнятся, а это может оказаться чересчур так долгим и весьма опасным делом!

161
Террорист номер один в этом мире – исключительно одна лишь наша всеобщая общечеловеческая беспечность, и именно из-за нее и могут в очень короткий срок погибнуть миллионы и миллионы и всего-то лишь оттого более чем неестественного фактора, коему вполне можно дать весьма толковое и здравое определение…
Высокомерная сытая тупость…
…а между тем ни биологи, ни врачи никогда и ни за что не потребуют превентивных мер, по профилактике возникновения самой вот возможности фактически мгновенного распространения по всему свету совершенно внезапных смертельных эпидемий.

162
А человек, между тем кроме всего прочего, теперича стал лезть и во все углы, да щели.
И ведь жила себе где-то и никому нисколько так жить не мешала какая-нибудь экзотическая, жуткая микрофлора, а археолог или спелеолог залез себе, куда ни попадя, да и извлек ее на свет божий.
Вот вам и гибельный мор в общемировых масштабах.
Сейчас в 2018 году в Антарктиде совсем уже вплотную подобрались к тому озеру, что Бог знает, сколько миллионов лет было закупорено под многокилометровой толщей льда…
Однако чего это именно там за древняя микрофлора кому то действительно может быть на деле известно?

163
И разве речь сегодня идет лишь о том, чтобы нечто ведь этакое дать, хотя бы на один зуб же попробовать, дабы они пороху значит понюхали…
Есть же и впрямь такие смельчаки, которым может и жить-то до глубокой старости, не очень так сильно охота.

Нет на наш сегодняшний день, риск выглядит во всем до конца уж непременно иначе, нежели чем, то было некогда в той седой, как лунь древности.
В опасном и довольно авантюрном мероприятии участвуют все жители планеты Земля, где бы они только ни жили.
А, кроме того, им и знать про то, нисколько не дано, как и тем баранам, которых пастух пригнал, постись на склон пробуждающегося вулкана.
Мол, он всегда слегка подземным гулом гудит, а то, что немного землю трясет, и пепел в воздухе реет, так, то ерунда все ведь до сих пор неизменно хорошо же заканчивалось.

164
Оно, конечно, дело в принципе ясное, человеческое стадо до чего уж и любит собирать урожай плодов и ягод освоения всего того нового и никем ранее, безусловно, так и невиданного, а потому на своей шкуре еще никем неизведанного.
Вот скажем, так найдя себе новые грибы или какие-нибудь весьма необычные, никогда им ранее еще не попадавшиеся ягоды - древние люди вполне ведь естественно, что вскоре сделали бы их более чем обыденной частью своего повседневного рациона.

Поначалу, они, как и понятно бесспорно убедились бы в том, что от их употребления мухи не мрут, а также еще они бы всецело удостоверились, что не приводит их обильное употребление в пищу к сильному расстройству желудка. Однако на такое дело храбрецов подбивать или дураков поискать нужды-то особой никогда не бывало…
Они сами собой непременно находились, а вот, чтоб сразу всей толпой люди чего-нибудь новое в пищу употребили такого ранее никогда еще попросту не бывало.

165
Вожди тогдашние они, хоть и с дубинками наперевес ходили, а все ж таки к подобного рода немыслимой дурости призывать никого бы нисколько не стали.
Ну а с другой стороны, вот чего - это вообще нынешним вождям собственно делать?
Нынче людей стало слишком уж много, а потому и пищу никак теперь нельзя продавать свежей - и вкус ее, если она дешевая, всегда ведь оставляет желать много лучшего.
А потому в ход идут всевозможные биодобавки. А от них разве что только толстеют?

166
Как оно видится автору, возможны же и куда более опасные, долговременные последствия от всего этого сколь бездумного использования всевозможных искусственных средств для лечения, мелиорации и всего того, чем человек сегодня загаживает себя изнутри, а также и всю весьма плотно окружающую его (среду) природу.

Понятное дело, что если и будет чего, ну скажем так, какая-нибудь неизлечимая никакими современными лекарствами эпидемия вдруг к нам нагрянет, то при подобных делах одна лишь нагрузка на почву резко уменьшится, а так ничего, куда более худшего нисколько так и не произойдет.

167
Да только как бы не рухнуло при этом все человечество, в новую яму безвременья и безмерно нечестивой нечеловеческой жестокости.
И оно вполне еще может оказаться «стреножено» повсеместным экологическим кризисом, а потому и очутиться оно впрямь, словно же в мышеловке, у некоего нового популистского меньшинства.
Того ведь собственно самого, что этак-то непременно сразу же завопит о всенепременном скором возврате к старым добрым временам во имя прежнего цвета неба, как и повсеместного возрождения и впрямь ведь загубленной всей той злосчастной техникой природы.
Да только, то единственное, чего оно сколь уж всенепременно вернет, так это одни лишь прежние оковы давным-давно всем нам исключительно вот опостылевшего рабства.

Кто-то, конечно, вполне может сказать, «и как это нам все собственно наскоро так предлагается предотвратить, неужто же путем самого естественного, ненасильственного возвращения назад к дикой природе»?
Нет!!!
Подобные предложения граничат с одним только явным клиническим идиотизмом!
Да и то граница - эта довольно размытая и условная - все еще зависит и от степени серьезности чьих-либо благих намерений.

168
Автор и в мыслях своих не держал никаких утопических планов по возврату человечества к его древнейшим еще ведь изначальным истокам.
И в самом деле, вовсе нет в том ничего разумного, чтоб уж взять да вернуться в доиндустриальную эпоху, а тем разом решить все наши проблемы, а также избавиться от всех тех издали на нас надвигающихся туч сколь грозных, словно богиня Немезида еще явственно одних лишь только грядущих неприятностей.
Колесо истории никому вспять не повернуть!
Единственное, чего вообще может еще удалось бы собственно сделать, так это разве что перестать делать одни липнущие к рукам деньги там, где нужен нормальный, здоровый прагматизм.

169
Фармацевтика производит целые горы лекарств, вызывающих почти что ведь наркотическую зависимость.
Их продажа позволяет, кое-кому туго набить себе карманы деньгами за счет людей страдающих всевозможными хроническими заболеваниями.
В то самое время как гомеопатические средства могли бы стать значительно дешевле, кабы их производство взяло себе на вооружение само государство.
Они-то уж точно ни в процессе своего изготовления, не возвращаясь назад в живую природу, ни вот тем более на каком-либо генетическом уровне, никакого вреда больному причинить попросту-то неспособны, исходя из самой-то, как она есть вполне естественной своей природы.

Вот что пишет об этом писатель Иван Ефремов в его романе «Час быка».
«Она рассказала, как близоруко ошибались те, кто торжествовал, побеждая отдельные проявления болезней с помощью средств химии, ежегодно создававшей тысячи новых, по существу, обманных лекарств. Отбивая мелкие вылазки природы, ученые проглядели массовые последствия. Подавляя болезни, но не исцеляя заболевших, они породили чудовищное количество аллергий и распространили самую страшную их разновидность - раковые заболевания.
Аллергии возникали и из-за так называемого иммунного перенапряжения, которому люди подвергались в тесноте жилищ, школ, магазинов и зрелищ, а также вследствие постоянного переноса быстрым авиатранспортом новых штаммов микробов и вирусов из одного конца планеты в другой. В этих условиях бактериальные фильтры, выработанные организмом в биологической эволюции, становились своей противоположностью, воротами инфекции, как, например, миндалины горла, синусы лица или лимфатические узлы. Утрата меры в использовании лекарств и хирургии повредила охранительные устройства организма, подобно тому, как безмерное употребление власти сокрушило охранительные устройства общества - закон и мораль».

170
Вот только не стал он конкретизировать все архиважные причины именно подобного подхода в их экономическом смысле, а ведь - это тоже крайне важная тема для самого беспристрастного обсуждения!

Люди очень любят власть над себе подобными, а для этого им и нужна либо подходящая идеология, либо то, что на деле окажется силой способной сдвинуть с места практически любой вагон чьих-то хищнических амбиций.

171
Но им-то бы только весьма так конкретнее призадуматься, как раз ведь о том как все-таки огнеопасна «цистерна общемировой технологической глупости»…
И то абсолютно точно, что уж, будучи наспех прицеплена к тепловозу всеобъемлющего научного прогресса, докатится она до ближайшей станции - глобальная экологическая катастрофа, где всем нам, и сходить разом на нет.
И все ведь - это от тех бесконечно слащавых теорий, совершенно незамедлительно кем-либо мысленно воплощаемых в немыслимо новые «более светлые» реалии нашей обыденной и повседневной жизни…
И главное все - это только во имя некоего абстрактного блага человечества и делается, а между тем именно этими скороспелыми чаяниями ему в конце концов и будет пухом земля.

172
21 век вполне еще может оказаться истинным столетием всеобщего поражения пред силами в самом так определенном смысле, более чем разумной, выверяющей каждый свой шаг тысячами и тысячами проб природы.
Да только где уж им в нужную сторону более чем благопристойно задействовать весь свой весьма немалый интеллект раз все власть загребущие видят один яркий свет, в конце того длиннющего же туннеля старой и примитивной жизни.
А между тем выползая наружу из тьмы глубочайшего невежества, нам бы уж следовало и про то нисколько не забывать, что довольно многое, мы еще, в сущности, попросту ведь не знаем.
Ну а это столь ведь опасно вслепую брести на ощупь, совершенно не ведая, где пропасть, а где усеянная цветами межгорная равнина.

173
Стоя на одной ноге всю Библию на зубок нисколько не выучишь, зато от долгой и неудобной позы можно еще и в грязь лицом непременно так рухнуть.
Автор находит, что все человечество, играя в классики, вполне уж учится, управлять всем этим миром, по всей очевидностью считая именно себя его новым творцом.
Однако там, где есть выход в нечто, куда более призрачно светлое, там же непременно, находится и вход, а это и есть та самая наиболее простая буквально непревзойденно элементарная логика.

174
И в самом принципиальном смысле этого слова, тот прежний хорошо исхоженный вдоль и поперек мир он-то действительно может еще послужить нам запасным выходом, или куда лучше, да и точнее было бы это назвать его входом в действительно надежное - гужевое и пешеходное будущее.
А между тем, именно – это ведь и случится, коли все человечество до чего непременно утопнет в самой непролазной топи совершенно диких последствий, бесконечных кровопусканий, будто бы и впрямь немереных, как и абсолютно неисчерпаемых ресурсов дикой природы.

А тогда и станет оно, этаким единственным выходом для полностью загнавшего себя в нелепый и непролазный тупик совсем уж внезапно так одичавшего безумно до тех пор излишне смелого «крайне так неряшливого человека умелого».

175
Однако мы до тех уж злосчастных времен еще, как ведь явно сумеем этот самый безвыходный выход совсем не иначе, как завалить многотонными плитами своей бездумной и самой так одиозной гигантомании.
А, следовательно, куда-либо обратно нашим потомкам и на коленках же в лоно природы будет нисколько так не вползти…
При помощи нашего усиленного блочного строительства мы еще в этом столь основательном деле вполне можем безгранично во всем преуспеть.

Само собой, разумеется, что пока все - это не более чем бред сивой кобылы в глухую августовскую ночь.
Однако яснее ясного, что, то, что вовсе нисколько не является чем-либо изведанным на самом конкретном чьем-либо горьком опыте, люди никак не будут способны ни оценить и не осознать, ни даже хоть сколько-то принять на веру, а также еще вот действительно к сведенью.

176
Научиться чему-либо путному, возможно лишь только тогда, когда уж всенепременно споткнешься и пребольно ударишься о (чего тут попишешь) всегда и во всем отрезвляющую землю.
Вот когда искры из глаз невзначай же посыпятся, то тогда вдруг и окажется, что чего-то мы значит, явно недоглядели.

А ведь - этакое трагическое падение вполне может оказаться чересчур болезненным для всех значиться тех, кто, являясь разве что пассажиром планеты Земля, этак вот сразу рвется стать ее всенепременным грядущим капитаном.

177
Ну а «кислое лицо обиды» на все те не слишком так в нашу пользу сложившиеся обстоятельства, попросту же мешающие нам враз овладеть всеми-то значит секретами бытия…
Уж сколь надолго подобная оскомина явно отсрочит весьма долгожданное избавление от всего так и витающего в облаках светлых грез наглого роя пространных мыслишек неизменно же свойственных людям с крайне недалеким умом, но зато сколь, несомненно, обладающих безмерно необъятными амбициями.
Так ведь и щебечут они словно райские птицы о всеблагом одноразовом улучшении всего вот разом и вся…
Причем уж настояно все это на том самом безусловном всесилии человеческого разума вроде как неизменно довлеющего над всеми слепыми инстинктами дикой нами пока еще несколько так неприрученной дикой природы.

178
Автор полагает, что для начала нам вовсе не следует рваться к штурвалу судна называемого самой жизнью…
Лучше уж обретя все необходимые к тому навыки сделаться матросом, юнгой - нашего совершенно вот необъятнейшего бытия.
Рвясь же сразу в капитаны – только и можно будет стать летучим голландцем на необъятных просторах космоса.
Человеку ему надо бы попроситься к природе в сущие подмастерья, а то однозначно так от князей интеллекта одни белые косточки на действительно долгие времена здесь останутся, ну а малые колонии на других планетах попросту вымрут или же выродятся…

Мы все еще в целом не так чтобы очень умны, а потому совершенно зря очень многие обыватели, да точно так и правители смотрят на все великие достижения отдельных высоколобых личностей, как на некое значит единолично свое, а даже вот и не на всеобщее наше общечеловеческое достояние.

179
Мужи государственные, вообще ведь стараются выжать из прогресса самый максимум пользы, прилагая при этом самый минимум своих умственных усилий, поскольку их уютное кресло, как правило, послужит им лишь для более чем углубленного самосозерцания.

Хотя, по правде говоря, леность ума или же тела, исключительно так общечеловеческое свойство.
А потому вовсе не удивительно, что все же без всякого исключения искатели легких путей развития общества или науки всенепременно стремятся прийти к конечному результату, вполне, осознано не прибегая, при этом, ни к каким физическим или любым иным (духовным, к примеру) вполне вот осознанным нагрузкам.

180
И только одно подавление в самих себе всех этих вполне ведь естественных для столь так многих людей качеств собственно и создает тот самый тип человека, что окажется же способен добиться от этой жизни, хоть сколько-то большего, нежели чем простое ни к чему не ведущее прозябание.
Но, однако, возможен еще и успех несущий тайное, невидимое глазу зло!

А ведь этакий научный труд действительно может быть совершенно «сизифовым», вот только не из какого-нибудь полузабытого древнегреческого мифа, а из самой что ни на есть реальной жизни.
Ну а при таких делах не один лишь камень, скорехонько покатится вниз, но и все человечество вместе с ним явно в придачу.
И это именно так раз уж любое самое благостное завершение какого-либо важного опыта вовсе еще не сможет гарантировать настоящего длительного успеха в течение всех тех только-то затем последующих веков.

181
И кстати, как уж оно всем давно ведь известно, поднять самолет в воздух отнюдь не самая важная, так сказать, наиболее основная задача для любого же самого опытного пилота.
Посадка гораздо важнее взлета, а посему если великолепный аэробус разбился при своем приземлении, то далее уж окажется вовсе неважным, какие именно в нем были созданы великолепные удобства и новшества для всех его более чем избалованных благами цивилизации, однако при этом сколь этак беспечных пассажиров.

182
И вот уж она та сколь неприглядная картинка из не очень ведь далекого нашего несветлого грядущего: два оборванных дикаря смотрят на развалины, обиталище диких мутантов.
Один молодой, а другой уже древний старик (в свои 45 лет) и говорит он о том, что когда он был юн, этот город был полон жизни, а нынче, померли все.
Вот чего пишет по этому поводу Джек Лондон в его книге «Алая Чума».
«Всюду стояли автомашины: владельцы бросили их из-за того, что вышло горючее, а в гаражах ничего нельзя было найти. Помню один такой автомобиль — на сиденьях лежали мужчина и женщина, оба мертвые, а неподалеку, на тротуаре, — еще две женщины и ребенок. Куда ни повернись — страшно смотреть! Крадучись, словно тени, куда-то спешили люди: бледные, как полотно, женщины, прижимающие младенцев к груди, отцы, ведущие за руки ребятишек… Шли поодиночке, парами, целыми семьями, стараясь поскорей выбраться из зачумленного города. Некоторые тащили за собой продукты, другие — одеяла и ценные вещи, но многие уходили совсем налегке».

183
Ясное дело, что именно нечто подобное уж вскоре и впрямь еще может вполне вот на деле случиться.
Да еще и по целому ряду самых различных причин, если, конечно, человечество вдруг не опомнится, к чему сегодня имеются некоторые весьма существенные тенденции.
Однако для этого отдельных проблесков мысли, явно этак окажется нисколько вот никак недостаточно.
Из чего же следует сей до чего только безутешный вывод?
Наверное, из самой жизни!
Раз уж наиболее в ней действительно главным так и остаются одни лишь большие и всеобъемлющие имперские интересы, а экология по большому счету по-прежнему задвинута на самый задний и отдаленный план.

184
Наверное, кое-кто попросту сидит и довольно хладнокровно ждет пока все пять стихий и вправду не пойдут на нас до чего только явной войной!
А игра чьего-либо больного и весьма так распаленного бурною фантазией воображения вполне так может еще проявиться именно в том самом смысле,
что вот, в конечном счете, все эти весьма свойские, безмерно сладостные воззрения окажутся сущим же карточным блефом.
Наверное, кое-кому и впрямь этак издали, кажется, что будто бы весь этот мир, нами столь бессердечно исполосовываемый всяческими имениями, уж как-нибудь непременно так стерпится со всем подрывом всех основ своего вполне до сих пор более чем естественного существования…

Да только не бывать этакому совершенно так никогда!
В конце концов, жизнь отплатит нам той же монетой, что и мы ей.
Вырвав из сердца своего всякую жалость к роду людскому, она непременно еще его утопит в клозете им-то самим заранее сколь так запасливо созданном.
Вот он весь технический прогресс, в его истинно грядущей исторической перспективе.
Не будет он (поскольку вовсе того не должен) вполне же справедливым к тем, кто взяв в руки лопату, истово кряхтя в преддверье всеобщего грядущего блаженства, все вокруг себя бездумно вытаптывает, до чего беспечно протаптывая себе тропу в зыбучем песке до чего неожиданных, словно яблоко, некогда стукнувшее Ньютона по черепу открытий.

185
А между тем данный плод, упав с высоты в сто двадцать этажей, еще может же открыть глаза всякому новоявленному гению физики на тот самый, несомненно, прискорбный факт, совершенно неизменно заключающейся именно в том, что законы притяжения физических тел, пока еще никто и ни для кого нисколько не отменял.
И крайне бестолковое разрушение чего-либо давно устоявшегося приводит к одному лишь падению в пропасть, и вполне будет достаточно одной самой маленькой гайки, совсем ненароком отвинтившийся от извечно действующего механизма живой природы и вот тогда наше всеобщее последующее крушение станет совершенно свершившимся фактом.
Ну а всевозможнейшие над ней отважные эксперименты еще же окажутся способны именно к этому весь этот мир, безусловно, разом более чем беспардонно и привести.

Поскольку чем выше и значительнее открытие, тем только больше у него вполне может быть неожиданных и крайне нежелательных, побочных эффектов.
Попросту, чего же - это граждане выходит?
Есть результат, бери и пользуйся, ну а чего он в последующем и грядущем в виде сурового сюрприза еще может нам когда-нибудь преподнести, то совсем не наша забота.

186
Так что коли сразу ничего существенного вовсе не происходит, то ведь тогда пусть за все эти наши сегодняшние проблемы голова еще поболит у всех тех, кто в этом самом светлом техническом будущем непременно еще некогда же и окажется.
Ну а нам-то сейчас совсем уж не до того!
Поскольку любые многоступенчатые проекты защиты природы обязательно еще повлекут за собой большие и весьма существенные затраты, причем в самом так своем корне более чем отличающиеся от всех наших сегодняшних повседневных капиталовложений.
И то, что речь нынче идет о действительно крайне необходимых вложениях во имя всеобщей нормальной жизни вообще…

Нет, уж совсем не дойдет понимание этого, пока и вправду гром раскатами своими по всей планете разом не грянет!
Ну а, напугав до самой крайности, он-то непременно еще заставит буквально все глупости точно так вновь и вновь раз за разом же сотворить.
Сместятся одни лишь акценты и жизненные приоритеты.

187
А ведь и впрямь большие капиталовложения давно бы пора собственно вкладывать в истинно прозорливое предотвращение всех тех грядущих бед и несчастий, сколь неразрывно связанных с той совершенно бездушно прозванной окружающей нас средой - матерью всего сущего природой.
Поскольку если с этим излишне припоздниться непременно выйдет нечто явно схожее «с тем еще весьма поспешным и абсурдным тушением электрического щитка при помощи мощной струи воды».
Эффект для пожарника будет поистине потрясающ в своем незамедлительном решении всех-то какие они вообще могли у него быть самых так насущных его проблем.

188
И нам вполне надлежит смотреть в грядущее более чем, неизменно так во всем опасаясь роли именно этакого незадачливого пожарника.
Поскольку в случае внезапно вот начавшейся паники, как и засилья дешевого популизма, прежде всего основанного на самом кратковременном могуществе над всем значится ходом времени и истории…

Да конечно, сегодня все внешне уж выглядит именно так, будто бы мы создаем себе некий исключительно обновленный мир, куда более для нас удобных и исключительно во всем однозначно подходящих нам вещей.
Да только получается ведь, оно с точностью до наоборот, поскольку самый элементарный способ – это вполне естественно, что разрушение, а значит всему на свете еще уж грозит совершенно так неминуемая грядущая деградация.

189
Причем до чего всесильный технический прогресс, он-то и есть тот самый явственный же регресс природы, а по большей части и человека вместе с ней.
Как то, кстати говоря, очень вот верно подметил в своем рассказе «Усомнившийся Макар» Андрей Платонов.
«Не то тут особые негодяи живут, что даже растения от них дохнут! Ведь это весьма печально: человек живет и рожает близ себя пустыню! Где ж тут наука и техника?»

А наука и техника они-то как раз для того и созданы дабы все вокруг себя истово разрушать, воздвигая при этом один тот нелепый металлопластмассовый мир, однозначно возводимый на обглоданных костях доселе живой, но до чего только дикой природы!
А если человек и вправду чему-либо всерьез поспособствовал так - это разве что развитию и усовершенствованию некоторых вредных явлений среди живых организмов.

190
Крысы, они ведь раньше в одной лишь Азии водились.
Их морем повсеместно корабли поразвезли по всему белу свету и вот негде уже значит не стало житья от всех этих вредных животных.
Да только, никто с тем не спорит кокосовые пальмы и кофейные плантации там, где их отродясь ранее не бывало - это тоже сколь явная заслуга современного человека.
Но этак оно только лишь в мире культурно возделываемых растений, однако, то, что касается красивых диких животных, то их вот становится все меньше и меньше.

191
А ведь и в микромире начали происходить самые ужасающие и болезнетворные для всего вот человечества очень даже не радующие, более чем серьезные перемены.
Вот та же вакцинация в самом обязательном на то порядке она-то попросту бесспорно разве что принуждает зловредных микробов спешно мутировать, а это в свою очередь вынуждает медицину усиливать действие антибиотиков на тело человека.
Так что как, оно само собой непременно выходит, ну нисколько так нет ничего собственно легче, нежели чем найти себе способ, ведущий во тьму грядущих страшных, словно лавина в горах, бед и несчастий.

192
Правильные пути, всегда ведь трудны, поскольку безопасность и удобства неизменно же стоят совсем так недешево.
Однако скупой, в конце концов, непременно заплатит дважды сначала за скупость, ну а позже за тупость.
И то вообще не вопрос, а понимают ли акулы большого бизнеса, ту великую и страшную цену, в которую нам непременно еще обойдется все это наше сегодняшнее явное отсутствие хорошо отлаженной системы утилизации и сегодня, вдоволь вот имеющихся производственных отходов, посредством которых неизменно загаживается буквально все же вокруг.

Конечно, кому - это в сущности надо бы и впрямь сейчас обо всем этом, хоть сколько-то обеспокоиться, раз разноцветный снег уже завтра на землю выпадать явно так еще не начнет?

193
Кислотные дожди тоже пока еще весьма и весьма мягкая вещь.
Но, в конце-то концов, и они тоже могут оказаться довольно-таки страшным явлением некоего нового жуткого бытия.
Судя по всему, все последствия постепенного и вовсе вот неспешного процесса замусоривания и засорения со всех сторон нас обступающей природы довольно-таки долгое время могут быть неприметными, поскольку окружающая нас среда обильно и без всяких обид попросту впитывает брошенные в нее плевки, однако когда-нибудь она широко улыбнувшись, всецело отрыгнет их назад.

194
Вот тогда и начнутся цветные дожди, такой же снег, дикие долго нисколько непрекращающиеся ураганы по всему миру, жара под 70 градусов, от которой нашим внукам и правнукам явно еще придется спасаться, прячась в специальных холодильных камерах.

Конечно, кто-то очень уж сильно грамотный в науке вполне может вальяжно произнести целую речь о глупом дилетантстве, найдя себе удобную точку опоры именно в том, что никакого разноцветного снега быть вот попросту по определению нисколько не может.
Это мол, все сплошная несуразица и дикая галиматья, поскольку с точки зрения всем общеизвестной химии, ни в формировании капельной массы в облаках, ни в возникновении кристаллов снега, ничего кроме самих молекул воды участвовать, совершенно не может.

195
И все это чистейшая правда!
Да только далеко этак вовсе не вся – возможны и низко летящие над землей облака взвеси, с которыми по пути к земле встретится льющаяся с неба вода или вот оседающая на землю снежная масса.
И это также естественно, как и всякая грязная вода!
Этого пока еще нигде нет, и вряд ли что когда-нибудь будет?
Так автор вроде бы и не против, чтоб уж и вправду ничего подобного никогда его не было!

196
Оно и понятно, что придет - это далеко так не сразу.
Любой общемировой процесс еще ведь должен для своего широкомасштабного начала довольно же долгое время весьма нерешительно набирать свои во всем-то дальнейшем самые мощнейшие обороты.
И то совершенно неоспоримо, что пройдут еще немало тех долгих, относительно спокойных десятилетий, прежде чем станут всерьез заметны все последствия бездумных действий, по отношению, к матери всего сущего природе.

При этом люди никак того нисколько не замечают, что мир вокруг них действительно изменяется к чему-либо значительно худшему, поскольку все перемены протекают в очень медленной, вялотекущей форме.
Вот только обратить вспять назревшую цепь событий (к вполне естественной норме), когда все миазмы разложения биосферы окажутся различимы и бескрайне везде уж приметны…
Нет уж это будет, куда так значительно посложнее, нежели чем пусть даже и с некоторым опозданием нагнуться и завязать шнурки, однажды упав ничком, сильно ободрав себе физиономию о совершенно равнодушный ко всякому нашему горю уличный асфальт.

197
А ведь тогда вновь к власти сможет прийти то ничтожное меньшинство, что при всех до чего только правильных своих словах станет и впрямь повседневно же печься только о своих собственных, своекорыстных интересах.
Однако вот для начала оно ясное дело, что безо всякой меры и с дикой театральной фальшью всем нам все уши прожужжит, ласково наобещав сделать все, дабы этот мир действительно изменился к чему-либо непременно так самому наилучшему, то есть, к тому самому прежнему, чем уж он был всегда для нас ранее.

Популизм во времена великих бед и несчастий наилучший завтрак для вконец объевшегося всеми возможными неприятностями весьма вот разноликого народа.
И именно этот буквально всенародный гнев, словно лавина сам собой непременно сметет все имеющиеся на наш сегодняшний день вполне вроде бы пока еще более чем устойчивые почти, что абсолютно в данное время всесильные институты власти.
Кто-то, конечно, про себя до чего только вальяжно и весомо скажет, что этого и быть в самой природе вещей совершенно так нисколько не может, раз уж дело оно, в сущности, ясное этакому бедламу попросту не бывать - ну совсем никогда!

198
Однако же никакая власть никак вот не устоит на ногах, когда повсеместно начнется голод и война населения за элементарное свое выживание в условиях совершенно так неминуемой всеобъемлющей эры экологической катастрофы явно след в след уж последующей за веком безудержного технического прогресса.
И это никакое не передергивание и вовсе, не глупое воронье карканье, а самый действительно так истинный же расклад вполне еще возможных событий нашего всеобщего несветлого грядущего!
И самое главное на наш сегодняшний день заключено именно в том чтобы не возникла та самая новая и неожиданная общемировая обстановка, при которой сколь многие люди начнут слепо ненавидеть, ту самую до того рокового часа для них всех более чем во всем неотъемлемо приемлемую власть…

199
Поскольку, это она их, видите ли, всех сразу и довела до той самой ужасной жизни…
…а из этого следует, что именно ей напополам с учеными и достанется на орехи, раз уж - это на них доселе уважаемых мужей и падут все до единой большие шишки.
И чтоб этого дай Бог нам всем непременно избежать, обязательно надобно бы постараться не создавать ту безмерно критическую ситуацию, при которой шквалы и катаклизмы не иначе как доведут всех нас до того, что кому-либо сегодня всесильному станет и впрямь уж совсем затруднительно удержаться у руля политической власти.

200
Во имя того дабы чего-либо этакого никогда бы в обозримом будущем вовсе так не произошло, надо было еще все ведь как следует вполне так спланировать.
Уж собственно так дабы все меркантильные, сиюминутные интересы не задымляли черными красками тьмы дикого невежества синее небо над нашими головами.

Ни у Бога, ни тем более у природы не выпросишь снисхождения за проявленную героическую глупость по отстаиванию сегодняшних, своекорыстных интересов в явный ущерб всех тех еще лишь грядущих поколений.
Им-то еще жить и жить на этой благодатной в смысле ее климата планете, так зачем подчистую выкорчевывать леса, губя при этом всю имеющуюся не только по нашу честь… нынче существующую экосистему?

201
Может, давно бы пора всем нам вполне всерьез призадуматься, а как же это именно достичь, куда большей урожайности с тех на наш сегодняшний день вполне уж освоенных под земледелие земель?
И однако, как вот именно нам всего этого наиболее полноценным образом действительно добиться?
Ну, так не обработкой же химикатами зачастую вовсе не убивающих каких-либо вредных насекомых, поскольку таковых на свете попросту нигде не существует, в самой как она есть природе вещей.

Надо бы подыскивать действительно научные методы, а не применять даже к жукам яростные нацистские методы решения всех самых насущных вопросов.
Вот, к примеру, аудио чистоты, вполне уж наверное возможно обнаружить и этакий жалящий мозг насекомых звук, от которого все что ползает, разлетится во все стороны на многие километры вокруг.
Или же - это могут быть как ультразвук, да так и инфразвук.
Или скажем инфракрасное излучение вполне ведь так возможно, что меняя его интенсивность и направленность можно, хотя бы попробовать отбить у насекомых вредителей желание полакомится нашим урожаем.
Причем все эти факторы можно умело сочетать воедино, но думать оно вредно, да и ясное дело все это обойдется гораздо дороже обычных химикатов…

202
А то, что с этими современными химикатами явно так получается вовсе не борьба с паразитами, а с ними одно лишь сколь безотрадное и нелепое сотрудничество, то, наверное, совсем не беда.
Главное урожай спасти, а чего еще через сто лет ежегодной химической обработки, в конце концов, родит земля, то уж ясное дело совсем так не наша проблема.
Вот как процесс борьбы со злыми вредителями описывает писатель Сергей Алексеев в его романе «Рой».
«Гусеница вырастала, окукливалась и скоро вылетала бабочкой, серой и ничем не примечательной. Порхала себе по деревьям, ничего не ела, не губила и лишь сеяла бессчетное количество невидимых простым глазом яиц.
И все три года тайгу посыпали с самолетов единственным тогда средством - дустом. От дуста передохло все живое, кроме шелкопряда. И если раньше хоть птицы склевывали гусениц, сколько могли, то теперь их никто не тревожил. Пожар смогла погасить только сама природа. Дождливой осенью яйца шелкопряда вымокли, а суровой зимой вымерзли, но стремянская тайга уже стояла черная и весной первый раз попробовала гореть».

203
Вот она мудрость человеческая!
Травля зла во всей ее красе!

Или куда лучше - как уж то было у Владимира Высоцкого в его стихотворении (не в песне).
«Я думаю - ученые наврали -
Прокол у них в теории, порез:
Развитие идет не по спирали
А вкривь и вкось, вразнос, наперерез».

204
А может все-таки следовало подыскивать действительно чего-либо, куда только более разумное, нежели чем совершенно бесполезное, как и истинно вредное опрыскивание химией, от которой зачастую гибнет гораздо более всего просто живого, а то, что и вправду вредит урожаю, получается лишь поболее, оно-то затем процветает?

Автору думается, что нечто подобное обнаружить было бы вовсе не так уж трудно, правда дело ясное, что - это окажется несколько так более затруднительным, нежели чем, к наилучшему на то примеру, набредя в глухом лесу на муравейник, быстро и делово облить его бензином, да и поднести спичку.
И все проблема решена!
А ведь делается это разве что ради того, чтобы иметь более чем комфортабельную возможность переночевать пару дней без надоедливых насекомых прямо-таки у себя под самым боком.
Быть временщиком оно, уж в принципе, исключительно проще и легче.
Однако как бы - это посредством данного бездумного обращения с пока еще живыми ресурсами всей многоликой природы времени нам и впрямь так совсем уж в обрез его не осталось…

205
Причем сама причина данного крайне безалаберного отношения ко всему тому, что нам подчас в животворящей природе, безусловно мешает, она же, в своей сущности предельно ясна.
Человек неизменно выбирает себе наиболее легкую дорогу, а тем паче - это именно так, когда у него на голове восседает массивная начальствующая задница, что совершенно неукоснительно требует самых НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНЫХ результатов.

Но может с ней не столь уж и следует во всем так считаться, а то от распаханной целины пользы не больше чем от марсианского грунта в некоем глобально грядущем масштабе.

206
Помнится, именно обилие большого количества саванн некогда побудило обезьяну внезапно сползти вниз с высоких деревьев, и стать-таки на ноги постепенно обратившись в современного человека.
Да и автору иногда вообще думается, что величайшее изобилие гор мусора еще непременно, в конце концов, создаст новое разумное существо (крыса).
И уж встанет она тогда на задние лапы, да и даст ведь под зад человеку неумелому, заняв прежде так принадлежавшее именно ему место на самой вершине эволюции.
Недаром вот нынче доказано, что из всех живых существ именно крыса обладает тем же абстрактным мышлением, которое еще недавно считалось одним лишь достоянием всякого современного человека.

207
Может все - это и не более чем злой сарказм, однако золото осенних лесов нисколько нельзя сменить на унылость железобетонных конструкций, не убив при этом чего-то самого главного и, прежде всего, внутри своего собственного сердца.
Мы медленно убиваем и калечим природу, выдавливаем из нее самый смак во имя всех тех сегодняшних, совершенно сиюминутных наших интересов…
…и главное тут - понятное дело оно в том, что все - это делается не просто же так, а со смыслом, дабы извлечь из овладения дарами природы отливающие красным отблеском самородки самых вот великих личных выгод…

А тем временем все глубже и глубже будут уходить в зыбучий песок бездумного освоения несметных богатств из года в год нищающей природы те самые сладкие надежды на сколь безмерно лучшее будущее, чем, были, те прежние те безмятежно прозябавшие в житейском унынии века совершенно так по-скотски повседневного существования.

208
Главное оно значит, навеки так сокрушить извечные оковы, яростно сдерживающие весь же полет нашей великой и светлой мысли…
Ну а что до возникающих по ходу дела бед природы, то мы ведь их еще непременно когда-нибудь разрешим… причем именно как вполне разумные существа, да уж попросту сотрем их в порошок, если они к нам посмеют на дом нагрянуть.
Да и вообще весь этот воз только лишь грядущих проблем разгребать явно не нам…
Но наши внуки и правнуки, они, что нам совсем так чужие?
Это разве что люди кого-нибудь 38 столетия нам-то они совершенно никто!
Но это еще вопрос, а не будут ли там слышны жуткие проклятия в наш самый конкретный адрес.

Нет, это, конечно же, все ерунда, да и зачем - это нам обо всех бедах наших столь отдаленных потомков этак и впрямь сколь настойчиво думать, вот придет их время и пусть они сами (наши далекие потомки) за самих себя перед Всевышним уж как-нибудь так действительно деятельно похлопочут.
И все же во многом сами условия их будущего существования непременно закладываются этим-то нашим сегодняшним днем…
Однако это совершенно непонятно даже и большинству ученых, а не только тем самым простым обывателям - автору этих строк - то вполне доподлинно (уж поверьте) более чем однозначно известно.

209
И наиболее заглавная загвоздка, в том-то и состоит, что вовсе не понять кое-кому и тени тех многочисленных бед и несчастий, которые наше нынешнее поколение еще не дай Бог оставит тому пока еще очень даже далекому миру довольно-таки невзрачного будущего наших детей и внуков.
И кстати сама это их крайне так до чего только невзрачная сущность слишком далека от абсолютного большинства умов действительно вот грамотных в науке людей.
И не только потому, что они всегда и везде вполне соответствуют всем же известной поговорке «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится».
Дело тут еще и в личностном неудобстве, просто так ни с того ни с сего (это вот надо) становиться занозой в заду у начальства, которое защиту природы вовсе не одобряет и, кстати, совсем уж ее нисколько ведь не приветствует.

210
А это более чем безусловно под собою подразумевает, что пока уж и впрямь не начнутся гигантские катаклизмы, в общемировом масштабе люди по большому счету и пальцем не пошевелят, для того чтобы как-нибудь изменить свое отношение ко всей нас окружающей, исключительно вроде бы чисто так внешней среде.
А между тем всевозможные бури, а также впрочем, и все другие, вполне возможно, что и геологические катаклизмы (Земле ей вовсе не наплевать, что именно с ней без конца вытворяют) в самое ближайшее время тоже ведь могут привести к катастрофическим изменениям в самом, как он есть человеческом социуме.

211
А это в свою очередь чревато откатом к тем довольно-таки старым методам управления государством.
Вот что страшнее всего.
Отсутствие демократии захлопнет перед самым носом у человечества дверь в куда более достойное для него всеобщее будущее.
Либо оно скатится назад ко всему прочему зверью, либо вообще уничтожит весь этот мир в его сегодняшней, первозданной, воистину так прекрасной сути.
И кстати сами по себе катаклизмы, вполне однозначно явление более чем ужасное, раз уж у людей практически нет средств, для того чтобы действительно действенно защититься от всех великих сил вовсе не на шутку подчас разбушевавшихся природных стихий.

Поскольку совсем не о том они думали, вводя в строй все новые и новые усовершенствования мертвой, искусственно созданной ими среды.
Они-то, прежде всего, беспрестанно раздумывали как раз так над тем, как бы именно им получше, да побыстрее уничтожать самих себе во всем ликом подобных во имя одних тех возвышенных идеалов, как и самого насущного блага своей страны.
Совершенно при этом, забывая, что и природа способна на великое уничтожение, всего того, что она создавала целыми миллионами лет.

212
Мир животных и растений (после общемирового катаклизма) конечно, со временем возродится, но, к сожалению, уже без всякого в том нашего собственно участия.
А между тем людей на данный момент интересуют точно те же вещи, что и стадо диких и злых павианов.
Кто будет вожаком?
Войны за территорию и куда более удобное место под солнцем.

Вот этак-то оно и выходит, что смысл духовного прогресса вовсе не доходит до стада думающего лишь о хлебе насущном, а его пастухи именно в этом вопросе как раз вот наиболее воинственно примитивны.
Их ведь к тому уж явно обязывает их довольно-таки высокое и привилегированное положение в обществе.

213
Вот потому этот самый пресловутый духовный прогресс и буксует, поднимая вверх фонтаны более чем прежней, а потому только же еще более мерзкой мирской грязи.
И куда точнее будет сказать, что, если бы все усилия были действительно направлены в самом разумном направлении, то весьма вероятно, давно сыскалось бы некое разумное практическое решение, скажем вот, как уж именно, хотя бы и попытаться уничтожить или же несколько ослабить надвигающийся, разрушительный ураган.

214
Однако для этого вполне всерьез следовало бы призадуматься не только над тем, как бы это именно получше сделать ядерную боеголовку, абсолютно неотвратимой угрозой для проклятущего идеологического противника, но и кое о чем другом никак вот собственно вовсе не менее важном.
А между тем, если, медленно и прагматично последовать одним же путем самых естественных и довольно-таки простейших о том рассуждений.
Ну чего вот вообще было Америке кроме окаянной идеологии с пораженной коммунизмом Россией этак-то и впрямь и вправду делить?
Весь земной шар пополам разделить и съесть каждый свою половину это ведь сколь оно несуразно и несерьезно!

215
Нет, и никогда не было между двумя супердержавами никаких спорных территорий, из-за которых в принципе и возникали те самые стародавние конфликты между двумя противоборствующими государствами.
А потому и поныне все дело в одном лишь застарелом как тот еще пролежень идеологическом противостоянии, что так и не отслоилось от умов старой гвардии генералитета и политиков, что, попросту не способны промолвить гудбай своей древней (как дряхлая старушка октябрьская революция) коммунистической ностальгии.
Они все еще в тайне жаждут того самого только ведь ими и вожделенного всеобъемлющего диктаторства сколь (в грядущем) однозначно же насильственно осчастливленного общемирового пролетариата.

216
Эти грозные бонзы с их бронированным, словно сейф сознанием так до сих пор и живут точно теми прежними своими имперскими иллюзиями, ну ни в какую же не желая с ними раз и навсегда окончательно распрощаться.
Да даже и признать тот простой, и вполне обыденный, житейский факт, что сама по себе жизнь уж давно требует каких-либо иных вовсе не башмачных по столу в ООН, а как раз таки во всем здравых и прагматичных решений.

Но люди вообще зачастую искоса и наспех полноценно оглядывают весь этот мир, смотря прямо в глаза одной лишь своей собственной душе и ее, кстати, сколь весьма прозаичным потребностям.
Ну а другие вещи до них доходят разве что тогда, когда они вдруг с великим испугом обнаруживают, что что-то конкретное стало им вовсе не по нутру, а то и впрямь этак совсем вот поперек горла.

217
Да только страдают многие из нас близорукостью или еще с точностью до наоборот явной так излишней же дальнозоркостью, в смысле самой чрезмерной-то широты своего весьма значительного кругозора.
Именно поэтому и видят такие люди одно лишь то, что им более всего однозначно по нраву, а главное по вкусу, ну а все остальное они попросту постараются нисколько не примечать, как будто и нет его вовсе на всем белом свете.

Уж, по крайней мере, до тех самых пор, пока их кто-то в это буквально же носом не ткнет.
Это задача для того, кто выше по званию или по должности, да только кто им, самим чего-либо укажет, когда они неизменно творят всевозможнейшие инфантильные глупости?

218
Во что уж еще могут некогда обойтись человечеству детские игры мускулами промеж тупоголовых от всей их сверхамбициозности политиков?
Не пора ли переходить к сотрудничеству всех развитых государств вместо ярой от всей ее вящей глупости войны амбиций.
Да и какая тут разница, кто и где нынче наиболее прав, иль виноват, имеет или не имеет исконное право, прошмыгнуть туда или сюда под самым носом у кого-то другого, куда более праведного и достойного.
Правда, американцы облагают весь этот мир самой непосредственной данью его самого так незамедлительного преображения в связи с новыми, куда значится более чем воинственно гуманными реалиями…
А потому все те старые Карфагены попросту должны быть совершенно незамедлительно разрушены и сметены с политической карты мира.
Причем для тех самих привилегированных американцев - это и есть задача самой наиправейшей и наиважнейшей важности, а то ведь весь этот мир как-нибудь действительно обойдется без их тем еще длинным манипулятором изогнутой руки.

219
Причем надо бы сказать, что действуя подобным макаром, они всенепременно вскоре выпустят наружу ужасного мусульманского джина, который безмерно осатанело используя самые новейшие технологии, сотворит же с планетой нечто совершенно так непотребное…
Причем причины этакого бесноватого стремления американцев сделать этот мир лучше, чище и достойней надо бы непременно поискать вовсе не в чьей-то личной выгоде и жажде наживы, а прежде всего в чьем-либо неистовом желании утвердится на мировой арене в качестве игрока номер один.
Следовательно, их поверхностный и заносчивый подход и может же причинить всему человечеству немало бед и весьма долго нисколько так непреходящих несчастий.
Марк Алданов в его книге «Самоубийство» приводит хорошую реплику на этот счет.
«И главное, они неизмеримо меньше интересовались тем, что по существу и определяло политику правителей Европы: злосчастной идеей престижа, наделавшей столько бед человечеству».

220
Очень многие межгосударственные дрязги и впрямь вот неизменно так собою напоминают сущее ломание копий в некой большой коммунальной квартире, в которой то и дело происходят большие и мелкие стычки между не самых-то во всем ведь по-дружески расположенных друг к другу соседей.
Но главное - это мысль о собственном никем непревзойденном превосходстве, буквально во всем, чего еще можно добиться при помощи вконец осоловевшей от крайне затянувшегося бездействия суровой силы.
Ну а теперь в связи с явным переразвитием всех тех новых, несомненно, куда более разрушительных, технологий, может вскорости статься, что и жить после очередной склоки станет тогда собственно некому.
Небось, в гробу точно все промеж собой разом так перемирятся?
Куда уж там разнесчастному Нобелю изобретшему динамит до сегодняшних сотворителей вселенской катастрофы…?

221
А между тем наиболее явственной первопричиной Советско-Американского ядерного противостояния как раз и являлось именно то, что Российскую империю из тайги дремучей дикости с чего-либо вдруг разом же занесло в тундру вечной мерзлоты, абсолютно так невозможных ко всякому их реальному осуществлению неописуемо напрасных надежд.
И ведь именно это ярчайшее сияние сказочно прекрасных и красочных… на одной лишь бумаге идей, собственно и привело к тому, что многие люди длиннейшей вереницей потянулись, словно стрелка компаса на север, теряя при этом и часто вот безвозвратно всякое иное свое последующее направление.
А между тем еще Карамзин совершенно правильно провозгласил, хотя, к сожалению, не был он тогда никем нисколько услышан…
«…все смелые теории ума, который из кабинета хочет предписывать новые законы нравственному и политическому миру, должны остаться в книгах…»

222
Великие дела действительно зачастую пишутся кровью, а не симпатическими чернилами, однако вот никакой существенной избирательности в этом деле до двадцатого столетия вовсе-то не бывало, а значит и регресса, тоже его собственно не было практически так никакого.
Единственным ярким исключением иного рода течения времени можно даже сказать преддверьем новых времен могли быть одни только действия средневековой «святой» инквизиции.

То есть, как правило, лучших из лучших никто сознательно не истреблял, а значит шла обычная жизнь со всеми ее более чем обыденными аспектами.
А лучшие из лучших - это представители всех же наций попавших под пяту новоявленных деспотов, а не какой-либо отдельный наилучший из всех народ.

223
И ведь истреблялись или «приручались» буквально все, кто хоть как-либо мог помешать идти же во тьму нашего этакого новоявленного каменного века в его-то новейшей модернисткой интерпретации.
Человека явно захотели вновь сделать стадным животным, для чего и надо было его оболванить страстной идеологией зовущей к единению душ под красными флагами со свастикой или серпом и молотом то, на деле, было вовсе вот совершенно без разницы.
Однако почти что уж победив этакого двуликого дракона все нынешнее человечество до сих самых пор и не избавилось от всех тех застарелых иллюзий о самой явственной близости сколь колоссального счастья в связи с тем самым, безусловно, заоблачным техническим переосмыслением всего этого прежнего доиндустриального бытия.

224
Причем всему этому должно было произойти именно по случаю самой же досужей реализации теоретическим путем совсем ведь недавно добытых знаний, ловко отысканных в сущих тенетах тайн природы…
И, уж несомненно, что в некоем абстрактном смысле, они-то еще вне всяких сомнений окажутся нам, совершенно во всем действительно полезны.
Однако вполне при этом может еще вот статься, что наше медленное, но верное постижение способов доставить себе самое максимальное удовольствие однозначно весьма так значительно опережая всякий истинно практический здравый смысл…
К чему только он нас еще приведет этот тянущийся более века великий опыт, производимый над всею беспечно окружающей нас средой (или точнее сказать средами) людьми сколь совершенно далекими от всякого понимания самого истинного вот значения существующего в природе многоступенчатого миропорядка?

225
И чего же еще может оказаться результатом неудачного эксперимента недалеких ученых мужей, что вот непременно хотят изменить весь этот мир к чему-то, действительно лучшему, вовсе про то и, не ведая, что он в этом явно нуждается совсем не более, нежели чем тот же больной в тех самых пресловутых белых тапочках.

Но им-то самим неизменно так свойственно, то значит самое весьма ведь богатое воображение, буквально же одурманенное благостными эмоциями наскоро им верещащим о своей-то собственной величайшей значимости.
А посему все более и более безмерно себя утверждающего совсем уж по самой середке всего так или иначе существующего мироздания.
Кое-кто, явно же, по всей на то видимости находится в исключительно творческом процессе весьма вот наглядной адаптации, всего общемирового бытия под этот наш может и ладный, но вовсе не вечный, а только пока еще вполне повседневный лад.

226
Получается, что если под все в этой жизни можно в принципе подвести некий общий множитель и знаменатель, чисто иллюзорно и временно сделав этот мир, куда более полезным и удобным.
Ну а почему бы тогда и в области человеческой психологии тоже не появиться прожектам подобного рода донельзя так, однако, противным всякому истинному здравомыслию?
Но может, ничего такого и не было - просто стихийные массы народа сами по себе чего-то этакое взяли, да в великой спешности напридумывали…
Только и всего, что явно упившись с горя совершенно беспримерным во всей человеческой истории нескончаемым и бескрайним насилием…
Причем уж ясное дело произошло - это так именно вследствие векового произвола царской династии, как в принципе и любого должностного лица, умиленно упивающегося всей своей, пусть даже и самой сиюминутной властью над всяческим другим человеком.
Может быть, даже и нечаянно ему (на одну минуту лишь) подчиненным.

227
Однако все это лишь внешняя загрубевшая корка обыденных вещей, а если уж заглянуть, куда-либо поглубже, то тогда именно этак оно собственно вполне вот однозначно выходит…
Не вооружившись столь ему необходимой искренней помощью со стороны интеллигенции, большевистский и нацистский режимы не устояли бы на ногах буквально и часа.
Они ведь сколь обязательно рухнули через какой-то месяц или два после своего почти что бескровного появления на белый свет.
Однако вот причины, явственно пробудившие от долгого сна, сущего люцифера германского нацизма мы уж как-нибудь здесь обойдем стороной.

228
Великая Россия стала колыбелью революции (ленинизма), только же потому, что на ее широкой и необъятной земле и впрямь отыскалось предостаточно этаких смелых духом экспериментаторов, что вполне так всерьез вознамерились превратить все свое общество в некое подобие мифического Икара, отправив свой народ пинком под зад к солнцу высших эпатажных истин.

Так сказать, не имея при этом ни малейших сомнений, однозначно же при этом пребывая в сколь искренне так радостном ожидании, что их недалекий и невежественный народ, поневоле еще приучится видеть весь этот мир в совершенно иных красках, нежели чем, то ему было свойственно, когда-либо прежде.
Поскольку выбора у него попросту уже не окажется!

229
Вот провели бы они этакий вполне возможно действительно наиважнейший социальный эксперимент исключительно над самими собой, и то было бы личное право каждого человека распоряжаться своей собственной жизнью и судьбой.
Скажем так, собрались бы все левые товарищи, да и устроили бы себе маленький городок в тайге.
Сибирь, она ведь какая большая для буквально всякого научно обоснованного язычества в ней завсегда место свое еще уж непременно так явно вполне бы сыскалось.
Авось еще поболее тогда его было, поскольку плохо заживающих язв советской вырубки на ее теле тогда совершенно так нисколько бы не оказалось.

230
Уж там бы и сотворить яростным революционерам промеж своих восторженных единомышленников (благо расстреливать возражающих не было бы тогда никакой нужды) то самое наиболее просвещенное на всей этой земле общество, по всем так сказать славным принципам незабвенного нисколько кое-кем никак незабываемого Карла Маркса.
Так нет же, им надобно было вмешаться в чужие судьбы и свершить сокрушительный переворот, попросту посильно уничтоживший все нравственное, чистое духом и плотью во имя мнимых свобод, и еще более мнимого счастья до чего наивного, неизменно жаждущего новых чудес - малограмотного и крайне так при любой власти до чего забитого народа.

231
А, уж, тем более что произошло все это в том самом отсталом, аграрном государстве, несомненно, страдающем великим множеством пост-феодальных пережитков, однако ведь при этом, обладающим огромным человеческим, и, несомненно, же истинно могучим интеллектуально-научным потенциалом.
А вот коли была бы выбрана ради столь замечательных политических преобразований, а также и до чего только изощренных социальных экспериментов, этакая до чего отсталая, неизменно прозябающая в бедности страна как Зимбабве…
И уж сколь она в том действительно так нуждалась…!
…в том самом более чем резком рывке максимально быстрого цивилизованного развития…

И тогда, вот и было бы абсолютно нереально, чтоб буквально весь этот мир столько-то лет нечаянно провисел на одной лишь излишне далеко растягивающейся стальной пружине советско-американских внешних взаимоотношений.
И доколе ему еще висеть над глубочайшей пропастью вселенской ядерной катастрофы?
А после нее все живые, явно так еще позавидуют тем, кто помер вместе со всеми мгновенной смертью без всяких долгих мучений от совершенно ужасающих даже и чисто внешне радиоактивных ожогов.

232
И действительно как-никак, а негроидная раса самая угнетенная из всех в этом мире, а потому именно ее, да еще и на самом так родном ей континенте и освобождали бы весьма яростные товарищи марксисты.
А то ведь народы Африки сколь много веков истинно страдали от пут колониального гнета, фактически того же рабства.
И, однако, уж почему-то все те мудрейшие в области социальной справедливости социалисты вовсе не очень так обращали на все это свое самое пристальное внимание.
Им ведь было гораздо важнее разбудить в сердцах пролетариев истый пламень борьбы за их лучшую жизнь.
Ну а между тем от всех этих их распрекрасных словопрений и самых наилучших благих намерений, сущее злющее угнетение чуть было в общемировом ядерном котле буквально разом навечно не сгинуло.
Жалкие остатки человеческого племени, как, то думается автору, угнетение вовсе бы не истребили, нет уж скорее наоборот, они бы его заново возродили, да еще и в самом наихудшем виде.

Поскольку совсем уж не все непременно так станут в результате этой войны действительно полностью вот импотентами.
Но именно те, кто сумеют породить детей, скорее всего, и захотят их тут же беспощадно истребить из одной вящей жалости к ним, а мутации в животном мире это уж будет чистейшей воды кошмар!!!

233
Однако, пока еще этот невыразимый, никакими словами ужас одна лишь блеклая химера, раздутая в чьем-либо не очень так здоровом воображении…
Нет, может она и мелькает в виде некой далекой тени на нашем всеобщем горизонте самого неопределенного будущего, да только мелькает она крайне вычурно, а потому и всецело сказочна вся ее люцеферова суть, а также и совершенно она нисколько неправдоподобна…

А посему простые люди, попросту и отказываются относиться к ней, хоть сколько-то некритично, а еще и вовсе так не пессимистически равнодушно…
А между тем ко всему этому следует относиться продуманно и, кстати, вполне ведь всерьез.

234
Как-то вот совсем уж иначе все - это собственно выглядит только лишь потому, что человеку смотреть в глаза истинной правде о том, что на деле происходит в его стране, да и в мире тоже бывает порою весьма затруднительно.
Уж коли все имеющееся реалии неизменно противоречат всему тому, чего он сам хотел бы узреть сквозь полузакрытые веки своей извечной отрешенности от всего не столь для него действительно ведь насущного.
Например, свою державу, кое-кому явно хочется видеть великой и сильной.

Прямо-таки в сиянии ярчайших светил, а говоря попроще до чего только ярких звезд, и не на каком-то жалком флаге, а на варяге, что не сдается врагу, а плывет себе по морю гордости и славы.
Однако ничего вот подобного мертвым никак так нисколько ведь не понадобится, а раз их и хоронить станет вовсе некому, или скажем так, нечего станет тогда придавать выжженной на многие века земле, то какая тут к чертям собачим, может быть, великая слава?

235
Однако же светлоокое интеллектуальное зрение у некоторых людей чересчур вот исключительно так оно избирательное, а потому и видит каждый из нас только то, что ему более всего по вкусу, а все остальное он постарается попросту нисколько вот не замечать.
Напрочь так его отметая в своем вполне вот возможно (в повседневном смысле) весьма преотлично развитом сознании.
Ему–то ведь будет, куда удобней скользить по всему своему для него крайне во всем нелицеприятному совершенно же полностью равнодушным взглядом.

Поскольку именно этак в принципе и устроена сама по себе природа человека.
Причем как оно и понятно на заре цивилизации, когда еще не было столь многих важных и критических для всеобщего выживания факторов – то было же вполне очевидной необходимостью, а потому подобный взгляд на вещи был уж очень так даже логичным.

236
Главное тогда было и впрямь заметить основную опасность, к примеру: голодного, саблезубого тигра, что явно жаждет перекусить тобой на свой дневной сон грядущий.
А в то же самое время обращать внимание на каждую корягу, что могла попасться под ноги, было совсем оно нисколько так не с руки.

И сколь действительно многие люди и остались в точности таковыми, какими они были практически всегда, то есть на данный момент времени, они, безусловно, обладают колоритно ярко выраженными принципами существования, каковые некогда еще имелись в том самом незапамятном каменном веке.
Одно лишь по-настоящему в них всецело переменилось, а именно вполне уж облегчились тяготы буквально вот всеобщего существования, а значит и была приобретена в качестве полновесной награды от господина прогресса, та самая сытая уверенность в бесконечном же продолжении всеобщего сегодняшнего благоденствия.

237
То есть чистая во всей своей естественной наивности душа была в них попросту заменена урбанистическим холодным практицизмом, куда более страшным в его продуманной жестокости, нежели чем была та суровая и сколь ведь изощренная в ее извечном варварстве, безмерно алчная и полуголодная дикость.

А кроме всего остального прочего существует и тот всенепременный жизненный фактор, что весьма четко определяет, то, несомненно, так во всем объективное положение вещей…
Совсем уж никак оно не иначе, а чем поболее сил по изменению всего окружающего мира волей неволей накапливается в людских руках…
Вот именно по этой приснопамятно безотрадной причине, всех уж тех величественных и высокопоставленных дураков и тянет гордиться своей исключительно мнимой причастностью ко всем этим нашим новым всемогущим и всеобъемлющим мощностям.

238
Поскольку для них в том и была заключена возможность утвердить на совсем другом, более высоком, словно ярчайшие звезды уровне, все свои безмерно непомерные амбиции, а о завтрашнем дне им подумать было, в сущности, попросту не дано, как и совершенно недосуг.
Однако когда уж он на самом деле настанет, у всех нас действительно будет, куда так поболее сил, дабы изменить весь этот мир к чему-либо непревзойденно светлому и куда истинно безошибочно лучшему.

А между тем всю абсолютную ничтожность всех наших нынешних, сегодняшних знаний обо всем, что нас нынче окружает, вполне может почувствовать на своей шкуре тот же, мультимиллионер, внезапно заболевший вовсе так неизлечимой болезнью.
И уж тогда он явно окажется, совершенно беспомощен пред лицом весьма скорой, безусловно, ведь для него неминуемой смерти…

239
Да только о том, что и весь этот мир, в конце концов, тоже может заболеть каким-либо совершенно так неизлечимым недугом в результате той бескрайней и зловредной человеческой жизнедеятельности…
Разве на наш сегодняшний день есть кто-либо такой, кто о том загодя сейчас, хоть сколько-то бы на деле действительно уж призадумался?
А потому все на свете природные богатства собственно и рассматриваются именно в качестве добычи в охоте за всеми теми самыми насущными благами жизни.
Причем исключительно так в угоду чьим-либо личным амбициям, а вовсе не в связи с некими новыми, и в самом деле довольно насущными потребностями всего нынче существующего человечества.

240
Сколь многое в этом мире неизменно развивается и усовершенствуется в одном лишь том единственном ключе до чего только бесповоротного потакания чьим-либо чрезмерно непомерным чаяниям…
Вот уж взять бы, да обратить всех нас безо всякого исключения в вечных и впрямь так увеченных навязчивой рекламой безмерно счастливых потребителей чьей-либо удачно продаваемой продукции.

Ну а сам смысл делания денег он вполне естественно, вовсе не в их численном количестве, и, кстати, нисколько он не заключен в том самом ничем ненасытном желании самого максимального их сосредоточения в чьих-то одних лишь только руках.
Нет куда вот скорее, все дело тут именно в том экономическом рычаге, при помощи которого всякий, кто
сможет им обладать, безусловно, получит возможность весьма изрядно давить на все принимаемые исполнительной властью политические решения.
Да и без этого буквально всякий тот, кто по праву и уму ворочает очень даже большими деньгами, посредством больших финансовых потоков непременно так заполучает в свои руки самые истинные средства ради самого же, как она есть более чем насущного осуществления наиболее грандиознейших своих планов!

241
Причем дикая жадность алчных дельцов…
Сколь и часто исключительно невежественных, а временами и того хуже попросту глубоко апатичных, а в том числе и к судьбе своих собственных отпрысков… все - это явно имеет самое прямое и непосредственное отношение к пещерным, а то и более далеким от нашего сегодняшнего дня истинно стадным взаимоотношениям.
Успех вожака стал измеряться некими новыми категориями, ну а так все осталось, в точности прежним - истинно старым.

242
Но автор вовсе не столь ведь старается как-то, пожалуй, излишне третировать цивилизацию, только за то ее весьма вот наглядное свойство, несомненно, выражавшееся именно в том, что все, чего она вообще умеет, так это разве что обильно и сытно употреблять себе в пищу все, что ей попадется под руку.

Но однако ведь он вполне же отчетливо внутренним зрением видит, кого это именно затем еще станут уничтожать словно крыс, если уж впрямь-таки послезавтра начнут происходить всевозможные резкие и вовсе-то неположительные изменения в самих условиях нашего всеобщего обитания на этой пока еще столь весьма благодатной планете.

243
А ведь не иначе, а то обязательно будет каста сегодняшних маститых ученых.
Они собственно и сами того нисколько не понимают, какую еще именно яму они всеобщими своими усилиями нам непременно вскоре выроют, до чего только спешно подкапываясь под столь естественный и вечный ход вещей и событий.

Ими же попросту владеет жажда большого и сколь весьма насущного эксперимента, того значит самого что, прежде всего, преумножит их собственную весомость в научной среде и вящее (в их собственных глазах) величие, а лишь затем хоть сколько-то послужит во благо всего остального человечества.
И именно во имя первого, а вовсе никак уж не во славу и благо второго…
Все те рьяные деятели науки довольно часто бывают безраздельно охвачены этаким рвущим им душу на куски жгучим желанием выпить буквально-то все беспредельное море глобальных знаний обо всей окружающей нас вселенной.

244
А кроме того им сколь непременно хочется спешно и радостно отчитаться пред той неизменно так довлеющей над всем имеющимся бытием политической властью о самом вот незамедлительном выполнении всего того имевшего место социального заказа и получить за все - это более чем причитающуюся мзду.
А уж она ясное дело будет выражаться в более высоком эквиваленте уровня жизни.
Вот, к примеру, закрыл глаза на то, что в сибирские реки Лену и Амур сколь уж обильно льются всякого разного рода весьма так ядовитые химикалии…
Ну и пожалуйста, бери себе, да и радуйся тому… вполне ведь сносной, человеческой жизни…

245
Вот и великий писатель Иван Ефремов в его романе «Час Быка» описывает нечто довольно схожее на далекой (выдуманной им) планете Торманс.
«Эвизу приютили инженеры из класса "джи", люди, стоявшие повыше на иерархической лестнице.
Потому и комната и кровать у нее были немного просторней, чем у Чеди. Каждая ступень в иерархии Торманса выражалась в каком-либо мелком преимуществе - в размерах квартиры, в лучшем питании.
Эвиза с удивлением наблюдала, с каким ожесточением люди боролись за эти ничтожные привилегии. Особенно старались пробиться в высший слой сановников, стать "змееносцами", где привилегии возрастали до максимума. В ход пускались и обман, и клевета, и доносы. Подкупы, рабское усердие и звериная ненависть к конкурентам - Стрела Аримана неистовствовала, отбрасывая с дороги порядочных и честных людей, умножая негодяев среди "змееносцев"…»

И там же:
«- Да, да! Я не могу обойтись без них, без этих "джи", но не верю им. Ученые - обманщики, трусы и ничтожные прислужники. Во многих поколениях они обманывали правителей и народ Ян-Ях, и, насколько я знаю, то же было в старину на Земле. Они обещали, что планета может прокормить неограниченное количество людей, и совершенно не учли, что земля истощится задолго до назначенной ими предельной цифры. Не учли вреда химических удобрений, отравивших растения и почвы, не учли необходимости определенного жизненного пространства для каждого человека. Не понимая всего этого, они не постеснялись выступить с категорическими заключениями. И в результате вызвали страшную катастрофу. Восемьдесят лет Голода и Убийств! Правда, за ошибки и наглость они расплатились. Тысячи ученых повесили вниз головами на воротах городов или перед их научными институтами».

246
Конечно, вовсе не все ученые одним миром мазаны!
Да только расплачиваться за содеянное, придется им всем безо всякого на то собственно так исключения!
Естественного отбора тут нисколько вообще вот не будет!
Их-то станут тогда беспощадно убивать за одну их разве что сущую принадлежность ко всем той на свете совершенно же внезапно всем опостылевшей, несомненно, пред всеми сразу до чего и впрямь ведь провинившейся касте.

Нет, конечно, они ни в чем этаком вовсе не были виноваты, как некие сугубо отдельные личности!
Все их действия однозначно шли всем нам на одно истинное благо, да вот уж сиюминутные сегодняшние интересы, попросту никак не давали им ни малейшей возможности заглянуть в хоть сколько-то отдаленное грядущее… а там вполне может быть и не сущее райское благоденствие, а ад и хаос вовсе так не внезапно взбесившихся и разом на всех нас ополчившихся стихий.
И хотя все - это будет происходить относительно постепенно, а все-таки должен будет еще произойти некий перелом, когда уж проблемы отдельных стран и впрямь так сольются в одну большую критическую беду, что в единый миг станет всеобщим и неотвратимым бедствием.
Все разом тогда окажется истинно супротив человека и всей его банальной и совершенно бесцельной сосредоточенности на одних лишь немыслимо безрадостных бедах его-то сегодняшнего зачастую исключительно так политического бытия.

247
Люди сегодняшние в первую очередь предпочитают утрясать именно те свои взрослые дела, а неистово яростную защиту окружающей среды полагают к рассмотрению только как разве что чье-то исключительно личное чудачество.

А между тем те нисколько незрячие, как и абсолютно безразличные ко всякому нашему более чем временному всемогуществу совершенно так необъятные силы природы еще ведь непременно воздадут всем нам должное, в сущую отместку за всю эту нашу до чего только бурную, как и нескончаемо бездумную деятельность.
Оная по большей части, пока еще заключается именно в том, чтобы неизменно так сокрушать пределы вечности нашими весьма этак безнадежно временными достижениями…

248
Однако вот право вина отдельных людей она всецело эфемерна, раз уж вдумчиво рассуждая обо всех процессах двигающих науку, куда-то действительно на деле вперед до чего невольно натыкаешься на тот более чем объективный факт…
Всякое продвижение науки осуществляется исключительно коллективно, а потому и нельзя говорить, что кто-либо нарочно ее совсем не в ту сторону силою тащит.
Нет уж говоря о том крайне ошибочном сегодняшнем утилитарном подходе, приводимом в действие людьми, загодя так умиленно готовящихся к совершено же неизбежному и неминуемому последующему вскрытию всех тех только еще остающихся в загашнике тайн природы…
Тут ведь самым принципиальным образом можно уж очерчивать одну лишь ту самую вот общую, глобальную направленность какого-либо ответвления всякой научной деятельности, а оная нисколько не зависит от каких-либо отдельных так или иначе занятых в науке личностей.
И все же даже если отдельные люди вовсе и не в силах поменять большие приоритеты, а в особенности, хоть сколько-то умерить большущие аппетиты людей всегда могущих в ответ на грозную критику попросту уж враз завинтить «финансовый вентиль»…

249
Да только и сами ученые зачастую полны самого великого самомнения и главное им совершенно невдомек, что и они (и это точно) о сколь многих вещах и знать пока еще совершенно не знают, да между тем и ведать, про то еще нисколько и близко не ведают.
А между тем истинное познание должно быть буквально во всем сугубо так всесторонним, и охватывать собой не одно лишь вполне полноценное понимание всего нынче увиденного, но и действительное умение определять все его самые изначальные истоки.
То есть надобно бы нам во всех деталях непременно ведать о самой сущности всех тех когда-либо и где-либо происходящих событий, причем во всех же, как они есть ипостасях бытия, а в том числе и в микромире.
Причем одно лишь самое так принципиальное знание о том, чего - это именно и когда оно произошло, еще ведь никак не подарит нам подлинного и всестороннего понимания принципов, по которым всегда и везде чего-либо происходит по той нам пока еще вовсе по-настоящему и неведомой схеме.

250
Причем практически любой весьма существенный прорыв в науке сколь до боли он подобен «подкопу» под наше современное, пусть и не самое благополучное нынешнее существование…
Причем не то чтоб этого никто совершенно не понимает, да только многие ученые люди, слишком так беззастенчиво сентиментальны, амбициозны, проникнуты слепой верой в свою собственную великую значимость…
И им достается очень уж много действительно вот хорошего, пока впереди пред фарами технического прогресса не забрезжит же ответный ослепительный свет всех и каждого ослепляющего зеркального отражения…
Автор имеет в виду тот неумолимый третий закон Ньютона, который гласит, что всякое действие обратно равно своему противодействию.

251
Да только многие ученые явно соотносят данное явление к одним тем самым так элементарным и прикладным законам физики, ну а самих себя они вполне вероятно ставят их, безусловно, значительно выше, да и во многом так действительно многозначительнее.
И разве все дело (в том самом, пока еще сколь, несомненно, грядущем) эффективнейшем нашем умении управлять всем тем, так или иначе существующим бытием?

Раз уж буквально все оно непреложно заключено в одном лишь чьем-либо весьма стандартном умении описать и вызубрить все имеющиеся в природе те или иные процессы?
Может все-таки главное оно, только в тех основных побудительных причинах и факторах, что всецело ранее поспособствовали самому конкретному возникновению тех или иных самых различных явлений?
Причем, то, что является наиболее важным и весьма многозначительным, так это именно то, что глубоко от нас скрыто под всевозможными подспудными, внешними факторами.

252
Главный смысл познания должен быть непременно заложен именно в обнаружении самой явственной сокровенной сути вещей, а не в виде изучения всех их исключительно внешних проявлений, что вдоволь попадаются на глаза всем этим нашим современным ученым.

То есть всенепременно жизненно важно вовсе не то, что происходит на весьма легко различимой вооруженному или даже невооруженному глазу «поверхности» всевозможных биологических форм активности…
Нет, главное оно заключено как раз таки в той достаточно еще, пока скрытой от нас невидимой и ничем неощутимой взаимосвязи между самыми различными процессами в живой природе.

253
Когда уж речь идет о чисто научном познании, то это самым естественным образом само собой означает одно лишь полнейшее доскональное понимание всего ведь того, а как же именно производится - это самое сложнейшее взаимодействие между всеми теми во всем до чего только разнообразными и разрозненными факторами.
Но как раз таки эти столь разноликие явления природы нисколько друг с другом современной наукой, пока еще в единый узел совершенно не увязываются, кроме как разве что в некоем общем для всех их действительно едином аспекте…

А между тем - это их невидимых рук дело обеспечивать все это наше всеобщее повседневное существование.
Да только же, как это именно им удается проделывать на самой так обыденной житейской практике никому, пока еще толком не ясно, а значит, и шастать повсюду с ножницами перерезая те или иные «проводки» дело чересчур оно нисколько вот неблагонадежное…

254
Поскольку более чем славную пользу можно извлекать, в том числе и рубя тот сук, на котором сидишь.
Пока ты его под собой столь неистово рубишь, тебя так уж приятно укачивает, да и древо всеобщей жизни тебе разве что колыбельную пред вечным сном не споет.
А вот, скажем так, для вящего примера смогут же какие-нибудь дикари издали подглядеть за работой простого работяги кочегара и этак вот сразу сообразить, что ежели в топку паровоза подкидывать значительно больше угля, то он явно непременно так тогда поедет, куда только шибче.

Однако откуда им бедолагам собственно знать о принципиальных свойствах парового котла, уж коли все чего они вполне осознанно научились проделывать, так это разве что подбрасывать и подбрасывать в топку уголь.
Вот как бы это наши современные ученые мужи не оказались бы на месте этих самых невежественных дикарей!

255
Ведь выгода то явная, наш паровоз вперед летит, ну а, где и когда, в конце концов, взорвется вконец перегревшийся котел, то уж почувствуют на своей шкуре одни же наши не столь отдаленные потомки, вот только бы остаться им после этого целыми, да и по возможности невредимыми.

Однако могут они еще оказаться вследствие всех этих бестолковых мероприятий весьма так недалеких, хотя и высоких лбов одними же грядущими окаменелостями в геологических слоях Матери Земли.
Чем-то навроде всеобщего для всех нас памятника, несомненно, воздвигнутого в честь дичайшего и алчного прошлого, как и пришлого вместе со всем тем цивилизованным бытием истинно сказочно умиленного скудоумия!

256
А между тем настоящие корни базаровщины, они по большей части заключены именно в той отнюдь не частичной отмене всей великой и необъятной многогранности всего нас окружающего мира, чем вполне так однозначно плоским, словно блюдечко исключительно двухмерным и черно-белым мировоззрением.
Уж в связи с полнейшей для нас, пока еще весьма существенной неопознанностью всего того, чего нам незамедлительно надо бы располосовав его и рассовав затем по нужным полочкам враз этак мудро же познать во всей полноте.
Но ведь как дважды два можно доказать и совершенно обратное, что мы буквально все в этом мире на данный момент знаем как свои пять пальцев.
А потому нам и надо бы разве что сколь так воинственно возгордиться наскоро накопленным багажом донельзя умозрительных знаний.
Ну а для овладения ключами отворяющими все потайные двери природы ничего другого нам более нисколько ведь и не понадобиться.
Научно или лженаучно обоснованной фантазией черные дыры абсолютного невежества латать нам людям оно вовсе так совсем не впервой.

257
А впрочем, сама как она есть необходимость объяснять явления природы простыми и легко объяснимыми факторами она-то как раз, и возникла еще на заре нашей цивилизации.
Сказки всех народов мира буквально пестрят всевозможными довольно поверхностными объяснениями как уж катаклизмов, да так, в том числе и самых элементарных житейских вещей простому логическому объяснению нисколько никак неподвластных…
Вот и современная наука она тоже явная смесь всевозможных суеверий и наблюдений людей, пытающихся все объяснить пока еще не слишком так пока замысловатыми формулами…

258
А между тем в учебниках истории довольно отдаленного будущего многим сегодняшним строго доказанным и полностью вот проверенным временем теориям вполне еще найдется весьма почетное место впрямь-таки напротив от более древних представлений о черепахах, на которых, видите ли, неизменно покоится весь этот наш бренный мир.
Да есть, конечно же, разница!
Тех черепах никто и никогда не видел, а вот сегодня есть способы разглядеть, то, что скрыто от нас как его микроскопическими размерами, да так и самыми запредельными расстояниями…
Но увидеть чего-либо - это еще никак не значит действительно понять всю его вовсе не столь явную сущность и характер.

259
Внешний эффект есть результат множества различных явлений, и об их природе можно, пока еще разве что весьма смело догадываться.
И вот на основании зверского аппетита своих совершенно так непомерных амбиций, а также еще и нездорового желания обязательно реализовать на практике все свои самые заветные мечты некоторые «высокомудрые головастики» и могут же все вокруг нас до чего замутить, да и полностью на целые века заболотить.

Это ведь им на деле уж свойственно делать для себя вполне так окончательные выводы, причем до чего только исключительно смело во все, что окажется возможным, сколь запросто вмешиваться, дабы добиться, куда лучшего результата, чем оно было у глупой (прежде всего неразумной) природы.
А между тем нам пока еще чего-либо этакое заковыристое неопытными руками творить, ну совсем уж оно, несомненно, ведь рановато.

260
Подобный все и вся явно упрощающий подход к вездесущей – неизменно буднично нас окружающей реальности может он нас еще привести к одной лишь чистейшей профанации…
Уж и впрямь верещащей чего-либо о сколь неотъемлемо важной потребности скорейших розысков в кромешной тьме всех тех таинственных, никем еще неизведанных и неисхоженных путей.
То есть таких по которым и предстоит пойти нашим далеким потомкам, ради истинного обретения элементарного здравого смысла в сфере их строго научной жизнедеятельности.

261
Однако с этим лучше бы никому пока еще нисколько не торопиться!
А то, слепо же веря всяческим нигилистам Базаровым, уж само этак оно сколь непременно выходит.
А именно что раз земля под нашими ногами, грубая и плоская, то все, что на ней находится и под ней залегает можно запросто препарировать, словно ту же лягушку, разве что инструменты надобно взять, куда более весомые, как и значительно более совершенные.

И для того чтобы их задействовать надобно, мол, двигать вперед науку, сея интернациональную бездуховность, как и создавая всяческие социальные теории всецело оторванные от всякого элементарного здравого смысла.

262
Ну а истинные блага духовности они-то зиждутся на национальном самосознании, не имея при этом ничего общего со всяким же национализмом, поскольку любовь к своим духовным истокам только лишь изредка переплетается с ненавистью ко всему чужому и полностью инородному.

Большой талант, он, как правило, выше подобных проявлений, но у него может и не хватить никаких собственно сил, противостоять внешнему диктату общих устремлений, во всей той интеллектуальной среде, в которой тот повседневно и буднично обитает.
А если и впрямь так заговорить об огромных дарованиях в области естествознания, то там сколь, несомненно, отрицательно сказывается совсем другая интуитивная черта, а именно амбициозная самоуверенность в своих собственных силах одолеть же «слепые законы природы» и впрямь заменить их куда более «разумными» человеческими.

263
А между тем, прежде чем проводить любой эксперимент неважно какой социальный или научный, а главное еще и не в каких-либо довольно-таки микроскопических масштабах, надо хотя бы процентов на 80 вполне твердо осознавать все его основные, возможные последствия.

А если к тому никак не имеется предостаточно хорошо проверенных данных, то, уж вот оно как тогда ведь выходит…
…не чересчур ли многие смелые экспериментаторы попросту относятся к своему поколению, словно как крайне же мелкому мусору общечеловеческой истории.
Им-то совершенно так истинно кажется, что его только бы надо как следует, перемолоть, а затем и можно будет его сколь скорехонько вымести, очистив зерна от плевел, дабы в светлом грядущем из него вышло, хоть чего-либо значиться путное.
Однако менять к чему-либо лучшему можно уж только-то нынче обыденной (не парадной) жизнью живущих людей!!!

264
Всякий кто неистово вознамерился изменить все те еще не народившиеся, грядущие поколения, если чего и сможет так это разве что резко ухудшить породу людей нынешних.
То есть тех, кто сегодня по этой земле бродит, весь из себя неприкаянный, а потому, и нуждается он в постоянной защите, а в том числе и от самого вот себя.
И кто же - это вообще сказал, что нынешнему человеку и вправду необходимы каких-либо нелепые идеи всецело абстрактного рода и толка?
До чего уж у некоторых принято ничтоже сумняшеся спекулировать нисколько никем, пока еще не понятой и вовсе трезво, пока не оцененной принципиально голой идеей… так и зудящей в ухе о некоем сладостном царстве свободы, основанном на буквально ничем непоколебимых воззрениях о самой, как она есть сущности всеобщего равенства и братства.
Хотя человек совсем так не в том ведь нуждается – история - это более чем наглядно и объективно доказала великой кровью порабощенных идеями масс.

265
Ну а окончательный и весьма весомый смысл всех кем-либо произвольно внесенных изменений всегда лишь в их конечном результате, а не в том, как именно людей объединило воедино и вдохновило прекрасной сказкой сладостно верещащей о заоблачных далях легко достижимых посредством применения к общественной жизни неких светлых и аляповатых, лубочных идеалов.

Потому что для того чтобы действительно сделать их былью надо было видоизменить не каких-либо конкретных людей, а вот долго и планомерно переиначивать всю систему их весьма этак обыденного житейского жизнеустройства.

266
А коли некие правители, (коие всегда должны быть избранными своим народом) и сумеют, хоть сколько-то вообще сжиться с принципами равенства и всеобщего панибратства, то вот затем и общество под них непременно еще худо-бедно подстроится, но разве что очень так действительно медленно и во всем уж бесконечно неспешно.
Хотя вот надо бы сказать, что такой невероятной (в наших сегодняшних условиях) власти на данный момент было бы безумно сложно управлять своим народом, а все ж таки, именно оттуда из центра и расползаются по всей стране миазмы ранее в ней нисколько так и невиданного осатанелого зла.

Ну а кроме того просвещенное цивилизованное общество всецело приучает своих членов к фактически так рефлекторному подчинению властям, безо всяких раздумий и хотя бы беглой оглядки на свою собственную совесть.
И человек он в принципе мог быть честным и порядочным до тех самых пор, пока его не засосала пучина государственной машины, все подшипники которой смазываются исключительно одной же коррупцией, поскольку никак ведь иначе она попросту ни в жизнь не сдвинется с места.

267
А раз это именно так, то почему бы тогда вполне уж искренне в то более чем всерьез не поверить, что этот механизм, будучи искусственно в великой спешке реорганизован, сумел бы еще резко ведь двинуться куда-либо разом с немыслимой силой вперед…?
Нет, это, знаете ли один лишь пристальный взгляд в самые зрачки своего собственного воображения.
Светлый разум тоже иногда вполне может спать и видеть прекрасные грезы грядущего, которым реальностью между тем никогда ведь вовсе так нисколько не стать.
Причем жизнь можно быть прекрасна, в том числе и если человек дремлет, видя сны наяву и розовое в его сознании, может вытеснять черное без всякой связи со всеми теми и впрямь-таки окружающими его реалиями.

Причем, чем уж легче и всецело проще в чьем-либо богатом на розовые иллюзии воображении будет вот значиться вырисовываться достижение дальних далей светлых грядущих дней, тем только - это еще явно окажется во всем отстраненней от всякой насущной реальности, а значит, и от всяческой настоящей житейской пользы.

268
Давно бы пора то понять, что не столь уж и редко, сама разница между достижимым и желаемым явственно пролегает по минным полям загодя так совершенно обманных надежд.
Но есть же люди, что перемахнули путем чтения прекрасных произведений художественной литературы через все пороги жизни, и уж ходят они по матушке земле, нисколько при этом, не соприкасаясь душой, со всем тем, чего только не есть на ней совершенно уж не отмываемо грязного.
Можно подумать, что всякая нечисть сама собой предпочтет наскоро взять, да исчезнуть с лица всей планеты, причем именно оттого, что ее просто-напросто перестанут уже совсем этак значиться замечать?

269
А, между тем всякая подлинная чистота может проистекать только лишь из того самого бытового и житейского фактора, что кто-то вот значится, станет же ползать по всяким темным углам, протирая коленки, и выгребать оттуда всю завалявшуюся там безмерно отвратительную мерзость.
Нынче так – это задача полиции.
Однако один лишь технический фактор - это и есть то единственное, что действительно сможет весьма ведь всерьез действительно водоизменить криминогенную обстановку, прежде чем – это произойдет в связи с реальным улучшением самой как она есть человеческой природы.

Камеры слежения буквально на каждой улице вполне уж могут создать довольно-таки неуютные условия для всевозможного рода хулиганов и бандитов.
Маска на физиономии, если - это не карнавал тоже привлечет к себе весьма пристальное внимание, а кроме того те камеры можно еще и до того усовершенствовать, что и любые маски преступникам нисколько тогда, никак не помогут.

270
Конечно, для того чтобы ограбить богатого ювелира злоумышленники непременно подсоберут деньжат, да и обзаведутся вполне соответствующим дорогим оборудованием, да только простому хулиганью оно уж окажется совершенно не по карману.

Но - это как раз можно вот соотнести ко всем тем весьма же положительным сторонам технического прогресса, что явно еще будут использованы, скажем так, демократическим правительством во благо всех своих добропорядочных граждан.

271
Однако буквально всякое государство неизменно тяготят одни лишь заботы о чем-либо сегодняшнем и крайне насущном.
Ну а на все что, так или иначе, касаемо будущего всего человечества, ему-то уж зачастую бывает, что издали, да и вблизи совершенно так наплевать.
А между тем создавая новые модели машин, нужно бы в первую очередь неизменно вкладывать максимальные средства, именно так в сколь так существенное уменьшение количества всех их весьма же зловредных выхлопов в атмосферу.
Но вся проблема собственно в том и состоит, что все те крайне так губительные факторы, причиняющие все более и более заметный вред природе…
О да они пока еще никак не дают о себе знать, пассивно накапливаясь, опаляя всех нас издали зноем, словно те еще грозовые тучи где-то там далеко, далеко почти, что на самой линии горизонта.

272
И главное был бы вот посреди тех высокообразованных людей, что сегодня совершенно бестрепетно управляют нашей планетой, хотя бы один опытный капитан, он уж давно начал бы оглушительно громко бить в набат.
Ну а откуда ему собственно сегодня взяться, раз никак не смог бы он успеть, сколь этак загодя появиться на белый свет.
Разве что из будущего смог бы он к нам заявиться, да только точно уж тогда доведется ведь ему бедолаге доживать свой век в доме для умалишенных.
Однако вот вовсе не потому, что все мы и впрямь этакие значится действительно умные.

273
И кстати, к слову говоря у наших далеких предков, ума и страха, некогда, куда поболее было, нежели чем его есть у нас, не так чтоб и впрямь их далеких потомков.
Уж они-то тогда действительно верили во всевозможных вредных духов, и всемогущих богов.

А потому строя в начале лодки, а затем и корабли те древние мореплаватели, сначала тщательнейшим образом изучили все же повадки весьма так порою неспокойного и крайне вот коварного моря, а лишь затем собрались они с духом, дабы отважиться отправляться, в какие-либо сколь отдаленные путешествия по его бескрайней синей глади.
Да и то ведь - те древние моряки только собой и рисковали, а не всеми своими семьями, что почти всегда оставались где-то на берегу.
Нынче берега нет, вся планета превратилась в один огромный полигон на котором, некий двуногий вид, денно и нощно разве что пробует создать же себе ту роскошную жизнь, которая для него только окажется возможна вполне вот заручившись помощью второй рукотворной природы, что сегодня сколь агрессивно, и весьма активно вытесняет собой первую.

274
Люди нынешнее ни в черта, ни в Бога (в смысле его сокровенной сути, а не по каким-либо чисто внешним признакам) вовсе и близко не верят, а за дьявола они вполне однозначно держат соседа, что подминает под себя всю их исконную, обхоженную и объезженную зону политического влияния.
Слепо следуя закону главнейших еще ведь явно же во всем пещерных амбиций современный человек попросту перешел в эру ядерного оружия с самым так надежнейшим запасом дротиков и томагавков еще того самого незапамятного каменного века…

Они только лишь поменяли всю свою сущность, да и сложность их устройства претерпела самые так истинно колоссальные изменения, однако сама форма восприятия орудий для защиты и возмездия осталась в точности на том самом первобытнообщинном уровне.

275
Человеческое бытие, оно вообще, как правило, нисколько не основано на каком-либо насущном цивилизованном взаимопонимании и зачастую имеется та четкая потребность выяснения отношений путем всевозможных препирательств и разбирательств, причем тот, кто оказывается сильнее и заносчивее, он и окажется более прав даже и в самых простейших семейных дрязгах.

А если уж заговорить о внешних связях между правительствами, то и там действуют все те же принципы, потому как нет никакого различия между, хоть сколько-то большим и малым, когда – это с какой-либо стороны вообще вот касаемо человеческой психологии.

276
Общая доминанта присутствует всегда и везде и только выражается как-либо совсем уж неоднозначно по-разному в явной так зависимости от индивидуальных свойств характера самого человека.
Под этим автор подразумевает, прежде всего, любовь, дружбу, неприязнь и ненависть.
Они-то всегда возникают и застывают в одних и тех же формах добра и зла, лишь изредка слегка видоизмененных чьей-либо конкретной индивидуальностью.

Нет уж конечно на все – это порою накладывается самое так огромное количество личностных оттенков людей, которым неизменно хочется всякого разного, ну а решение принимается одной лишь малой группой лиц.
Ну а потому и получается в конечном итоге та самая куча мала из всего того столь огромного количества неизменно же составляющих ее компонентов.

277
Однако уж тем основным и, кстати, наиболее весомым козырем так и остаются одни лишь амбиции, и это как раз им грешным и убогим всегда же решать, чему еще быть на белом свете, а чего еще может и будет у нас возможность, хоть сколько-то его впоследствии действительно так еще пока избежать.

Потому что не дай Бог всякой человеческой натуре соприкоснуться с какими-либо дикими, не проходящими в течение нескольких лет совершенно же непереносимыми несчастьями.

278
Пользы от добра и уюта, исподволь создаваемых всемогущим техническим прогрессом может остаться, увы, совсем ни на грош.
Коль скоро доведется всему человечеству сесть в лужу из-за одного только младенческого своего недопонимания всего, что на данный момент является для каждого из нас одной лишь крайне опасной игрушкой.
Причем речь тут ведется буквально же обо всем, поскольку электромагнитные волны, излучаемые различными бытовыми приборами вовсе не так уж безвредны, как это некоторым подчас оно кажется.
Всякие технические новшества нашу жизнь всецело улучшают и развивают?
Может оно и так!

279
Однако развитие человека, как личности, никак независимо от таких нынешних обыденных факторов, как тот уж беспечно обеспечивающий нас всем необходимым, донельзя так всеблагой технический прогресс.

И это несмотря на то, что и в самую так насущную помощь в процессе воспитания личности он и вправду еще может оказаться действительно так, всецело направлен.
В принципе его вполне возможно использовать и на то чтобы сделать людей несколько более вот образованнее, развить и усилить в них чувство морали.

280
И как уж действительно все - это может выглядеть на самой элементарной и житейской практике быта?
Ну, так никто чужого себе и близко не возьмет только, затем дабы потом на этом и погореть, да и в тюрягу надолго загреметь.
Воруют всегда лишь ради того чтобы получить посредством этого даровое добро или же максимальную выгоду при перепродаже.
А в случае, коли кража совершенно незамедлительно обнаружится и ничего другого кроме больших и крупных неприятностей – это никому тогда сулить значит, вот нисколько не будет…
Надо бы более чем прямо про то сказать никто тогда на такие дела попросту и близко так не пойдет.
Истинных клептоманов вовсе не так уж и много.

281
В точности в той же манере можно говорить и о прививании хороших манер и нравов при помощи легких ударов электрошоком, а не отсидкой в течение нескольких месяцев с точно такими же, как и сам тот малолетний воришка биндюжниками.
Вся эта шпана оттуда лишь значительно хуже затем, несомненно, так еще и на взводе выходит…

И ведь от этакого зачастую совершенно никчемного наказания прока никакого нет, хотя вполне возможно допустить, что уж в чем-либо, он действительно выгоден всем власть имущим - этот повсеместно существующий террариум с гадюками, которые время от времени выпускаются обратно на волю…
…как-никак, а мелкие воришки, старательно отвлекают внимание общества от всех тех главных ворюг, что крадут больше всех и главное, что из общего кармана.

282
А вот выдали бы подростку хорошую порцию электрического тока - это дело вовсе не смертельное, однако, весьма и весьма достаточно поучительное.
Уж лучше малец, несколько месяцев своей жизни попросту вообще не проживет, чем вот он раз и навсегда затем приучится быть более чем постоянной угрозой всему окружающему обществу.

283
А вот чего собственно думают о тюрьме, как о методе исправления два великих классика русской и общемировой литературы.
Достоевский «Записки из мертвого дома»
«Но я твердо уверен, что и знаменитая келейная система достигает только ложной, обманчивой, наружной цели. Она высасывает жизненный сок из человека, энервирует его душу, ослабляет ее, пугает ее и потом нравственно иссохшую мумию, полусумасшедшего представляет, как образец исправления и раскаяния».

Чехов «Остров Сахалин»
«В пользу системы общих камер, я думаю, едва ли можно сказать что-нибудь
хорошее. Люди, живущие в тюремной общей камере, - это не община, не артель, налагающая на своих членов обязанности, а шайка, освобождающая их от всяких обязанностей по отношению к месту, соседу и предмету. Приказывать каторжному, чтобы он не приносил на ногах грязи и навоза, не плевал бы на пол и не разводил клопов - дело невозможное. Если в камере вонь или нет никому житья от воровства, или поют грязные песни, то виноваты в этом все, то есть никто».

284
И зачем это только в самом конце книги почти уж всецело посвященной весьма ныне насущной теме экологии приводить изыски из классиков по поводу мест не столь отдаленных?
А дело тут собственно в том, что технический прогресс всю планету вскоре доведет до полнейшего истребления всей свободно где-либо существующей жизни, нынче довольно благополучно, пока еще обитающей в своих вполне вот естественных природных ареалах.

А после этаких великих дел современный человек наверняка же окажется, фактически заперт в казематах подземных убежищ.
И если он оттуда когда-нибудь выберется, то уж отправиться он прямиком вот назад в дикую природу!
Пока еще не поздно нужно бы остановить всех тех с ломом, которые порываются, все ведь значится переиначить, не понимая при этом ровным счетом ничего в самых обыденных свойствах повседневно закостенелой в ее более чем полнейшей естественности жизни.

285
Причем речь тут идет именно о ключевой структуре, а не о каких-либо внешних эффектах доступных не только ведь всяческому осмотру, но также и смелым, захватывающим душу новаторов экспериментам.
Многое еще есть совершенно уж однозначно неясного в этом мире, однако, получив в свои руки (то же, по своей сути, новоявленное каменное орудие) им вовсе вот необязательно сразу так начинать отрывать одну на всех нас всеобщую братскую могилу.

286
Сама мысль о том, что мы величественнее и гениальнее природы до чего гнетет разум некоторых недоумков, а тем и вызывает в них жажду бурной псевдоинтеллектуальной жизнедеятельности…
О нет, они и вправду живут беспрестанной заботой обо всем, пока еще вольно (во всю грудь) дышащем человечестве…
И вот еще что они вполне однозначно тратят безумно много времени в ратных поисках наиболее разумного подхода во имя весьма последовательного, а главное еще и сколь наилучшего переосмысления всего нас окружающего бытия в самом прямом смысле, куда поболее плодотворного его использования в одно лишь наше наивысшее благо.

А большой их ежемесячный заработок - это естественно, что одна лишь наиболее значительная степень наилучшей благодарности общества за весь их каторжный труд во имя всего человечества в целом.

287
Общество, оно, конечно более всего ценит как раз таки труд именно тех, кто его продвигает куда-то вперед и то уж вовсе неважно головой вперед или ногами по ходу пьесы все это само собой уж непременно так вскоре вот выяснится.
Главное - это чтобы сейчас нам было до чего только хорошо и безмерно сладостно почивать на лаврах своего собственного безмерного (техногенного) величия.
А о будущем времени (в смысле экологической ситуации) думать нам пока еще вовсе ведь не резон, поскольку от совершенно напрасных раздумий голова только ведь совершенно же излишне распухнет…
И морщины раньше времени на чьем-либо челе явно уж непременно появятся…

288
Ну а кроме того похоже но то, что никому нет никакого дела, как это именно люди с пещерным мышлением еще и впрямь могут воспользоваться техническими новшествами и общемировыми наработками в области генной инженерии.
И одной из причин, весьма так серьезно увеличивающих данную опасность, является то, что культурное и просвещенное общество совершенно не готово поступиться своим эстетическим чувством, дабы не создавать подпольного мира с людьми крысами, запертыми в специально для них отведенном чулане.

289
Слава Богу, Россия стала постепенно возвращаться к старым добрым временам и кроме царских часовых поясов, пожалуй, уж, скоро восстановится и былая система поселений.
Вот еще лишь один пример из того что пишет о царской тюрьме доктор Чехов в его книге «Остров Сахалин».
«Стадная сарайная жизнь с ее грубыми развлечениями, с неизбежным воздействием дурных на хороших, как это давно уже признано, действует на нравственность преступника самым растлевающим образом. Она отучает его мало-помалу от домовитости, то есть того самого качества, которое нужно беречь в каторжном больше всего, так как по выходе из тюрьмы он становится самостоятельным членом колонии, где с первого же дня требуют от него, на основании закона и под угрозой наказания, чтобы он был хорошим хозяином и добрым семьянином».

Ну а каким именно человеком, он затем еще выйдет на сколь долгожданную волю - то ведь всем должно быть абсолютно понятно!
Законченным бандитом и варваром, более уж совершено нисколько не приспособленным к вполне так естественной и нормальной жизни.
Нужно ли кому-то наспех обращать плохих людей в зверей?
Конечно же, нет.

290
Но дело тут еще и в том, что культурные люди чересчур вот крайне так экзальтированно более чем неестественно щепетильны по отношению к своим распрекрасным, возвышенным чувствам…
Ну а коль скоро их чего-либо и впрямь доводит до сущего белого каления…
Уж до чего постараются они этакую проблему решить однозначно же обухом.
Скажем так, поставив человека к стенке или заперев его в тесной клетке с ему-то во всем до конца так подобными.

И вот оттуда из-за решетки затем и выходят впоследствии на свет божий, несомненно, не совсем люди, а некий их явно иной особый подвид - имеющий образ, но зачастую вовсе не подобие нашего современного человека.
А между тем электрошок тоже может отнять (если при помощи той же науки все правильно рассчитать) у того, кто преступил закон энное количество лет жизни, а потому менять чего-либо в законодательстве совершенно не будет в том ни малейшей нужды!

291
Конечно – это так уж бесчеловечно подвергать людей электрошоку, но и они тоже в свою очередь чего-то, эдакое бедовое натворили, за что их вполне так следует в самое безусловное назидание другим до чего только справедливо же наказать.
А, кроме того, электрошок его запросто можно использовать как кому-либо более чем приемлемую альтернативу…
Некоторые точно же предпочтут несколько сеансов жуткой боли вместо обычного тюремного заключения, так что жертва сможет выбрать себе подобный вид наказания, то есть, в том числе и совершенно добровольно…
Попросту потому, что у человека при этом еще явно останется довольно приличный шанс вернуться полноценным гражданином в ту общую и нормальную жизнь.

292
Что вот касаемо явственного вреда для здоровья, ну так и тюремный срок его тоже уж никому еще нисколько не прибавил.
Причем никто даже не думает, что преступника совершившего гнусное, ужасное злодейство при помощи той же науки, вполне еще можно сделать впрямь-таки лежачим инвалидом.
Надо лишь будет только оставить саму, как она есть принципиальную возможность его возрождения к нормальной и полноценной жизни после проведения повторной операции, раз уж внезапно выяснится, что он совершенно не был на самом деле, хоть сколько-то к чему-либо подобному вообще вот причастен.

Или вот коли он действительно через много, много лет во всем искренне раскается и горько же пожалеет обо всем им некогда содеянном.
Зачем уж тогда все эти электрические стульчики и газовые камеры, где он сможет умереть быстро и почти безболезненно?

293
Так нет же, никто этакого совершенно вот не в жизнь никогда не сделает, поскольку все - это до самой крайности не эстетично и не этично.
Вот разве что, если это чего-нибудь и вправду личное, то только тогда «один добрый человек» вполне может попросить какого-нибудь делягу хирурга совсем ненароком ошибиться и тогда тот недруг, что некогда 40 лет, назад увел чужую невесту, будет всю оставшуюся ему жизнь, как и понятно беспрестанно же мучиться…
Или, к примеру, может ведь чей-то пациент во время не самой нужной для его здоровья операции взять да коньки отбросить (по желанию наследника).
И совершенно естественно и очевидно, что заправскому эскулапу все это непременно вот полностью сойдет с рук, как и кому угодно другому всего-то навсего немного ошибившемуся, выполняя свои прямые и непосредственные обязанности.
Раз на то у него есть подтверждающий его квалификацию инженерный диплом, или даже исключительно вот простое наличие специального образования.

294
Недалекие люди вообще довольно часто припоминают друг другу все же старые обиды и оскорбления.
При этом далеко не все, из тех, кто до чего только откровенно преступил закон, впоследствии имеют с ним, хоть какое-либо дело.
Как говорится, коли уж все как надо обдумать, то вот любую аферу, несомненно, можно сделать делом более чем законным и добропорядочным по отношению к толком не умеющим распорядиться всем же своим имуществом глупым лохам.
Подобное поведение явно нисколько не преследуется со стороны государства, потому что вовсе не представляет оно для него ни малейшей угрозы.

295
Вот пока правительства всех развитых стран не научатся воспринимать интересы каждого из своих граждан, как свои собственные кровные и близкие их сердцу заботы, никакого реального прогресса в духовной сфере человечество так на практике и не осуществит.
Причем речь тут идет только о принятии всех соответствующих законов и ни о чем собственно более…

Через многие тысячелетия планомерного культурного развития цивилизованное общество действительно начнет жить по законам равенства и братства, поскольку тогда совсем не останется никаких чужих проблем и все тяготы и заботы станут общими.
В этом-то по представлению автора равенство и братство собственно и заключаются.

296
А пока на наш сегодняшний день одной лишь сплоченностью в некое общее, единое целое и станет возможно пусть и немного, но все-таки явно отодвинуться от сколь узкого края той самой пропасти, куда вот явно толкает людей неудержимый (от всей его однозначной бездумности) всесильный технический прогресс.

Ведь вся же беда с этаким Аладдином, причем вовсе не из некой стародавней арабской сказки, а всамделишно произведенным на белый свет нашими человеческими руками, уж в том и заключена, что нет никакой защиты от всей лавины новой информации обо всем так или иначе окружающем нас мире.

297
Теории строятся и рушатся, ну а их практическое применение нередко бывает, основано вовсе не на самых надежных, до самого конца однозначно этак выверенных данных.

Господин эффект правит бал, а он может быть очень даже опасен в той-то далекой, нисколько не завтрашней перспективе.
К примеру, нам вот действительно позарез было надо с самого дикого наскока и впрямь вот сразу освоить все те простому житейскому уму иногда совершенно непонятные новоявленные возможности самых ультрасовременных мобильных телефонов.

298
Вроде бы они не столь действительно вредны для всякого человеческого здоровья, однако не столь нужные навороты, потребовали значительного же усиления всего исходящего от них излучения.
А вот проверили бы лет за пятьдесят-семьдесят, причем всецело и всесторонне все последствия его довольно-таки многоступенчатого воздействия на человеческий организм, а лишь затем и внедряли бы все те более чем возможно, что очень даже насущные, а также и безмерно так изящные новшества.

Причем далеко не со всеми ими такая уж и проблема, а только с теми, что всенепременно связаны электромагнитным излучением с внешним миром!
Но от самой-то как есть существенной возможности лишние деньги с клиентов содрать, кто же это будет себе в ущерб крайне вот недальновидно отказываться?
Да и государству через налоги тоже кое-чего обязательно перепадет, а потому никто вот вроде бы не в накладе (кроме, конечно же, потребителя).
А, кроме того, все дело тут именно в том, что всяческие технические новшества стали нам совершенно так принципиальным образом действительно доступны, и кто это значит, окажется этаким профаном, чтобы тупо и аморально отказываться от всего того, что стало для нас, несомненно, реально истинно достижимым?

299
Вот этак оно и было с тем самым самоубийственным термоядерным боезапасом, и неужели нельзя было всех этих адских бомб на всякий случай изготовить штук по пятнадцать с каждой стороны?
Причем начинить их запалом только лишь немногим сильнее, чем была та, атомная смерть, что некогда была сброшена на Хиросиму и уж тогда их использование… по самому прямому их назначению не в коем же разе к проблемам общемирового характера нисколько бы никак так не привело.

Просто более страшное, чем оно было когда-либо ранее супероружие, а сверх того ничего такого словно вселенский апокалипсис необъятного и грандиозного.
Однако на самом-то деле именно в самом по себе слове М-О-Ж-Н-О и выражается вся суть всеобъемлющего человеческого потребительства и полного равнодушия ко всем тем вполне еще возможным его последствиям.

300
И так уж оно было всегда, все манит и манит человека северное сияние радужных надежд, но там наверху в ионосфере идет извечная война солнечного ветра и магнитного поля.
Это порой очень даже невероятно красиво, но мы-то можем еще и чего-нибудь этакое отчебучить, что на некоторое время вполне всерьез навредит магнитному полю Земли.
Дыры в озоновом слое они ведь ясное дело, посредством чьего же пота со лба на белом свете совсем вот недавно так объявились!
Первооткрывателям еще сколь действительно многое предстоит узнать обо всем этом мире, но надо бы заранее подумать и обо всех тех неожиданных последствиях, а то от всех этих весьма заманчивых перспектив… еще голова может и впрямь запросто так закружиться…
…и вот неминуемо, в последующей перспективе жить уж тогда само право более никому собственно не предоставится…

Автор, в принципе так полагает, что уж в будущем мы еще непременно окажемся, вполне способны действительно овладев совершенно беспредельными знаниями…
Создать ведь к тому весьма значительные предпосылки… чтобы вот значит сыграть нам всем миром сразу в ящик из-за одних лишь всевозможных бездумно в жизнь воплощаемых экспериментов слишком амбициозной, а можно сказать и вконец избалованной всеми своими пока еще вовсе не обнадеживающими успехами донельзя шаловливой научной детворы.



Читатели (60) Добавить отзыв
 

Литературоведение, литературная критика