ОБЩЕЛИТ.NET - КРИТИКА
Международная русскоязычная литературная сеть: поэзия, проза, литературная критика, литературоведение.
Поиск по сайту  критики:
Авторы Произведения Отзывы ЛитФорум Конкурсы Моя страница Книжная лавка Помощь О сайте
Для зарегистрированных пользователей
логин:
пароль:
тип:
регистрация забыли пароль
 
Анонсы

StihoPhone.ru

О негативных последствиях изучения английского языка

Автор:
I pray thee, understand a plain man in his plain meaning…
Прошу тебя, пойми простого человека просто…

В.Шекспир. «Венецианский купец». III,5. Перевод автора.


Негативные последствия изучения английского языка обширны и глубоки. Полностью выявить и осветить их в небольшой заметке невозможно. Поэтому приходится ограничиться общей постановкой проблемы и только частным примером. Поэтому же этот пример сознательно выбирался таким образом, чтобы внимательные читатели могли видеть, что последствия изучения английского языка таким же образом проявляются и в других странах, а не только в России. Но в этой заметке говориться будет об опыте прежде всего российском.
Все, кому сколько-нибудь знакома история России и не безразлично ее будущее, не могут не обратить внимания на следующие интригующие обстоятельства. Практически до шестидесятых годов XX-го века в России в более и менее массовом порядке изучались в основном латынь и древнегреческий, французский и немецкий языки. «Англоманы» в России, конечно, не преследовались, но отношение к ним всегда было несколько настороженное. И практически до этого же рубежа Россия, несмотря на все трудности и испытания, устойчиво развивалась. Кстати, нельзя не отметить, что трудности и испытания этого XX-го века начались с того момента, когда в семье российского императора стали говорить и писать на английском языке больше, чем на каком-нибудь другом иностранном языке. И, наверное, А.С.Пушкин только после того, как начал самостоятельно изучать английский язык, написал совсем не украшающую его строчку: «Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей».
С отмеченного же рубежа в изучении английского языка в России произошел настоящий обвал. Изучение всех других иностранных языков постепенно было вытеснено на задворки школьных и вузовских программ. И потому, хотя по инерции Россия еще некоторое время двигалась вперед, последующие «застой» и затем крах были практически неизбежны.
При этом главным признаком надвигающейся катастрофы стала именно прогрессирующая неспособность людей понимать именно простые вещи, для иллюстрации чего необходимым становится как раз частный конкретный пример. И поскольку этот пример должен быть общим для всех стран и времен, им и выбран величайший памятник английской и мировой культуры — сонет 66 В.Шекспира.
Написан этот сонет В.Шекспиром так:

Tir’d with all these, for restful death I cry:
As to behold desert a beggar born,
And needy Nothing trimm’d in jollity,
And purest faith unhappily forsworn,
And gilded honour shamefully misplac’d,
And maiden virtue rudely strumpeted;
And right perfection wrongfully disgrac’d,
And strength by limping sway disabled,
And art made tongue-tied by authority,
And Folly, Doctor-like, controlling skill,
And simple Truth miscall’d Simplicity,
And captive good attending Captain ill.
Tir’d with all these, fro, these would I be gone,
Save that to die, I leave my love alone.
Для любого здравомыслящего, но не владеющего английским языком человека здесь очевидно следующее. Некоторые слова в тексте сонета, находящиеся в середине строк выделены заглавными буквами. Очевидно, это выделение, как и всякое некое выделение, имеет какой-то смысл. Как правило, таким способом авторы хотят привлечь ВНИМАНИЕ читателей к важности, значительности, СМЫСЛУ выделяемых в их текстах слов.
Так вот, ВНИМАНИЕ. Для любого человека, изучавшего английский язык, изложенное в предыдущем абзаце ПРОСТОЕ понимание становится абсолютно недоступным. Поэтому в подавляющем большинстве переводов этого сонета на русский (и ДРУГИЕ ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ) сделанные Шекспиром выделения просто-напросто напрочь отсутствуют.
Не менее многозначителен и тот факт, что в ряде изданий подобных выделений в тексте сонета делается значительно больше, чем их было в этого сонета оригинале. И простое объяснение обоим этим фактам одно: в обоих случаях речь идет о сознательном затуманивании, искажении смысла сонета.
И хотя это обстоятельство не является темой данной статьи, если еще более внимательно присмотреться к этому явлению, то в конечном пункте исследования можно заметить влияние изучения английского языка на изменение, как у А.С.Пушкина, отношения к другим людям.
Чтобы минимизировать негативные последствия знакомства с английским языком, достаточно сказать, что весь этот сонет написан Шекспиром только ради одной строчки:

And simple Truth miscall’d Simplicity.

И все выделения в этом сонете сделаны ради одного слова «Truth».
Английское слово «truth» имеет значения и «правда», и «истина». А потому, чтобы читатели ясно и точно понимали, какое из этих значений имел в виду сам В.Шекспир, он и выделил это слово. Правда с большой буквы — это истина. Но этого Шекспиру было недостаточно. Он подчеркнул подразумевающееся им значение слова «Truth» еще и неразрывным с понятием «Истина» определением «simple — простая».
Слово «simplicity» не столь многозначно. Оно переводится словами «простота, простодушие, наивность, простак, простофиля». И тогда вся рассматриваемая строка дословно переводится так:

И простая Истина обзывается Простаком.

И здесь надо отметить одно простое обстоятельство. Обличителей пороков общества всегда было и будет «хоть пруд пруди». Но никогда не было, и вряд ли скоро появятся люди, которые бы из массы этих пороков выделили порок нежелания знать истину, отмеченный только В.Шекспиром, поскольку только он знал «простую Истину», раскрытую им в других сонетах. Впрочем, в этом сонете есть и действительно сложное место, касающееся понимания, о любви к кому говорит Шекспир. Но это уже тема другой заметки.
Конечно, русскому читателю, не знающему английский язык надо еще объяснить смысл этой строки. Не подвергая их опасности изучения английского языка, и коротко, это можно сделать следующим образом.
В эйфории от сделанного им открытия в пьесе «Бесплодные усилия любви» В.Шекспир написал:

Забавы пусты, и все ж пустей куда —
Трудиться ради одного труда.
Чтоб правды (истины — Авт.) свет найти, иной корпит
Над книгами, меж тем как правда (истина – Авт.) эта
Глаза ему сиянием слепит.
Свет, алча света, свет крадет у света.

(I,1, перевод Ю.Корнеева)

Кстати, можно отметить, что в данном фрагменте для пояснения смысла слова «truth» Шекспир использовал целое последнее предложение. Но, естественно, для изучавших английский язык людей даже этого оказывается недостаточно.
Но пройдет не так уж и много времени, и Шекспир воочию увидит, каким простаком, каким наивным он был, когда писал это последнее предложение. Оказывается, свет (люди) вовсе и совершенно на деле не алчет (алчут) света истины. И потому несколько позже он напишет в пьесе «Троил и Крессида»:

I with great truth catch mere simplicity.
Я с великой истиной залетаю в простаки.

Не заостряя внимание читателей на этом английском предложении, можно только отметить, что в отличие от подобного предложения в сонете 66, здесь более отчетливо видно, что Шекспир имеет в виду самого себя. И именно это понимание прежде всего отравляет, как он пишет в сонете 66, ему жизнь.
В «Короле Лире» Шекспир уже просто констатирует: «Правда — вроде дворняги…» Соответственно, поскольку Шекспир, прежде всего, говорил об англоязычных читателях, это утверждение можно отнести и ко всем тем, кто достаточно хорошо этим языком овладел, как иностранным.
Уже сказанное, наверное, может вызвать вопрос о том, как можно избежать опасностей изучения английского языка, если изучение его становится жизненной необходимостью и потребностью. Перефразируя В.Маяковского, действительно, можно сказать: «Я английский бы выучил только за то, что на нем писал Шекспир».
Рецепт здесь простой: прежде всего, как Шекспиру, людям надо научиться понимать простые вещи на своем родном языке, и тогда изучение любых других языков не будет представлять для них опасности.
















Читатели (671) Добавить отзыв
 

Литературоведение, литературная критика